- Что же ты, соловушка, не весел, что же ты головушку повесил? - спросила Нюра, насмешливо глядя на Дашу.
- Нездоровится, - ответила Даша.
- После чего бы это? - не унималась Нюра, не гася улыбки.
Даша бросила на нее косой взгляд, прикусила губу и отвернулась. Сейчас ей было не до шуток.- Так хорошо начавшийся день оставил в душе боль и горечь, о нем не хотелось вспоминать. Если бы его можно было вычеркнуть из жизни. Но ничего уже не вернешь, как не повторишь прожитый день. И некуда деться ей от своих невеселых мыслей, от того стыдного и тяжкого, что осталось на душе после вчерашнего вечера.
Даша не замечала, что вокруг было столько солнца, что день после вчерашней грозы сверкал всеми своими красками. Вдали под солнцем блестела река, а за нею в дымке, словно сквозь прозрачную голубую кисею, зеленел лес. Все померкло в глазах, на сердце- тяжесть.
Даша посматривала на Николая, стараясь по выражению лица определить, о чем он думает, что чувствует. Почему он избегает ее взгляда? Наверное, ему тоже неловко за вчерашнее. А может быть… Даша слышала от подружек, что ребята только на словах честные, а на деле стремятся околпачить девушку. Обещает златые горы, а потом вдруг охладеет, отвернется, а то еще начнет хвастать перед товарищами своими успехами. Нет, Николай не сделает этого. Он хороший, честный. Но ведь она мало знает его. Говорят, чужая душа потемки. Почему он сегодня такой озабоченный, как
Дашу тревожили мысли - как теперь станет относиться к ней Николай. И хотя она верила ему, но в душу вкрался страх потерять любимого. Она стерпит насмешки подруг, нападки мачехи и ее дочерей. Но Николай… Неужели он посмеется над ней?
Давно не работал Николай с таким рвением, с таким жаром, как сегодня. Он и сам не знал, откуда у него столько прыти к работе. Может, потому, что решил навсегда остаться в этом городе, где родилась и выросла Даша. Ей трудно у мачехи, тяжело работать и учиться. Сегодня вечером они окончательно договорятся обо всем, а завтра он пойдет к начальнику строительства говорить о квартире. Прораб не раз предлагал ему остаться на стройке, обещал женить на лучшей дивчине, выделить молодоженам «министерскую» квартиру с одним условием, что Николай возглавит молодежную бригаду. С учебой, пожалуй, можно и подождать или перевестись на заочное отделение. Труд строителей в почете, в любом городе хватает дела, и заработки хорошие.
Для Даши он сделает все, что только в его силах. Он чувствовал теперь ответственность за ее судьбу. Кто знает, будет ли Даша ждать, пока он закончит институт. Николай вырос без семьи и ласки родителей, жизнь не баловала его. Он чувствовал себя достаточно взрослым для того, чтобы серьезно думать о семье.
Николай разогнул натруженную спину и посмотрел на Дашу, стоявшую перед ним с ведерком в руках.
- Дашенька, чего ты так смотришь на меня? - опросил он, глядя ей в глаза.
- Вовсе нет. Откуда ты взял?
- Я все время чувствую на себе твой взгляд. У тебя глаза, как у гипнотизера.
- Правда? Вот уж не подозревала.
- Нет, правда, Даша. Ты способна мысли свои и чувства передавать на расстоянии. Если пойдешь в институт, обязательно учись на психотерапевта. У тебя особенные глаза.
Шутку Николая Даша не приняла. Нахмурилась. Лицо его снова стало озабоченным и грустным.
- Я знаю, чувствую - ты не можешь простить меня
- Не надо об этом
- Ты сердишься на меня?
Она отрицательно покачала головой.
- В девять вечера я буду ждать тебя у входа в парк.
Она кивнула.
Работа спорилась. После ночной грозы и ливня стояла приятная прохлада, с лесов на много километров просматривались окрестности города. И всюду, куда ни кинешь взор, строительство заводов и рабочих поселков. Здесь воздвигается индустриальный город. Через год на месте стройки будут стоять корпуса, задымят трубы, зашумят машины. Во все уголки страны поезда повезут станки. И в каждом станке будет жить частица энергии Николая Горбачева. Со временем в городе откроются техникумы и институты. Он и Даша стряхнут с тебя кирпичную пыль и сядут за учебники.
ТРЕВОГИ И СОМНЕНИЯ
К парку Николай пришел чуть ли не за час раньше. Ходил вдоль решетчатой ограды, часто поглядывая на часы, висевшие у входа, и все думал об одном и том же: он со всей решимостью скажет Даше, что без нее он никуда не поедет, а если ехать, то вместо.
Уже девять часов. Даши нет. Проходит еще полчаса Николай начинает нервничать. Она никогда не опаздывала. Уже десять. В чем же дело? На душе с каждой минутой все тревожнее. Ждет еще пятнадцать минут, полчаса «Пойду к ней домой. Может, что-нибудь случилось. Может, мачеха не пустила. Возьму Дашу за руку и уведу с собой», - решил Николай.
Полный тревоги и гнетущих мыслей, он направился к ее дому. Постоял возле калитки. В доме не светилось ни одно окошко. Значит, все спят. Почему же она не пришла? Вспомнились ее печальное, задумчивое лицо, жалкая улыбка.
