— Это всё потому что я тоже люблю тебя, — улыбнулась Милена заглядывая ему в глаза. — Сама того не ожидая влюбилась насмерть. Так, что стало плевать и на происхождение, и на чешую с когтями. Ведь важно не это, а то, какой ты. Ты мой человек. Именно мой. Тот, кого я ждала всю жизнь.
Не желая сотрясать воздух словами, Эрен привлёк Милену и ближе и поцеловал. Любимые губы были мягкими, с привкусом фруктового вина. Но пьянил его не алкоголь, а близость такой желанной женщины. Целовал её понимая, что с каждой секундой слабеет воля, его всё глубже затягивает в водоворот чувственного удовольствия.
Надо остановиться…
Мысль мелькает на задворках сознания и спешит скрыться, раздавленная наслаждением. Он больше не хочет и не может говорить «нет» себе и Милене. Слишком она стала ему необходима. Проросла под кожу. Ещё немного, и он сдохнет от голода по ней. Присутствия Милены рядом стало уже слишком мало. Она нужна ему вся. Душа, сердце, тело.
Его эгоистичное альтер эго жаждало секса. Неважно с кем и как. Эрен желает видеть рядом с собой, в своей постели только Милену. Страхи и те, стыдливо прячутся, обожжённые страстью от которой кровь в венах Эрена вскипала.
Его футболка улетела куда-то в сторону, и каждое прикосновение к разгорячённой коже, как маленький удар током. Стащив домашнюю кофточку Милены, Эрен в восхищении выдыхает обозревая небольшую, аккуратную грудь с тёмными сосками, острые линии ключиц и тонкую талию.
Разум окончательно покинул голову и он превратился в сплошную потребность: целовать и ласкать сходя с ума от вкуса и запаха бархатистой кожи. Губы скользят по щеке, переходя на шею, ключицы, грудь. Руки сами спускаются ниже, стаскивая шорты и бельё. Милена активно помогает избавиться ему от штанов. Диван слишком неудобный и они перемещаются к камину, ближе к ласковому огню.
Как это возможно Эрен не знал, ну от взгляда на полностью обнажённую Милену в его груди жаркое желание мешается с каким-то благоговейным трепетом. Она для него словно хрупкая святыня — страшно сломать и нет сил отстраниться. Он покрывает поцелуями любимое тело, стараясь не пропустить не сантиметра кожи. Откажи ему сейчас Милена, он бы не выдержал. Сошёл с ума.
Каждое прикосновение и стон удовольствия Милены — сладкая мука. Ему нужно больше, и отринув любые мысли и страхи, способные ему помешать, он входит а неё. Внутри горячо, влажно и так тесно, что это почти больно. Рай на земле.
Забыв обо всё Эрен двигается. Вперёд-назад, вперёд-назад. В нарастающем ритме, желая проникнуть глубже, почувствовать Милену острее. С губ сам собой срывается шёпот. Его изнутри распирает от любви к ней, так что признания сами рвутся наружу. Бессвязные, но бесстыдно-искренние. Сейчас Эрен был обнажён не только телом, но и душой, и сердцем.
Контроль летит в пропасть, сознание затуманено порочным удовольствием и так трудно держать обличие! Чешуя сама собой выступает на коже, выстреливают когти и клыки. Эрен сам не знает как, каким образом ему в таком состоянии удаётся подавлять эти признаки обращения. Наверное, это подсознательный инстинкт, страх причинить любимой вред, позволяя ему оставаться человеком.
Милена выгибается под ним с протяжным стоном, мышцы её лона сжимаются вокруг его члена. Её оргазм восхитителен! В душе поднимается какая-то исконно мужская гордость — он смог доставить свой женщине удовольствие, довести до пика. А вот сам пока…
Всё тело — оголённый нерв, кровь — кипящая лава. Напряжение нарастает с каждой фрикцией, капелька пота стекает по виску. Чуть замедлившись, Эрен целует припухшие губы. Сам не понимая как, но вдруг оказывается на спине, а Милена лихой наездницей сверху. Он совсем не против. Открывшийся вид — услада для глаз, а изменившийся угол проникновения, привносит новизну ощущениям. Прикрыв глаза он отдаётся в её власть. Хотя, он уже давно, целиком и полностью принадлежит Милене, до последнего волоса и чешуйки.
Новый оргазм Милены доводит Эрена до безумия, и он снова подмяв её под себя, вбивается в неё быстро и жёстко, понимая — разрядка близко. Она настигает его штормовой волной, выворачивает наизнанку. Он умирает и возрождается в объятиях любимой женщины. Перед глазами вспыхивают звёзды. А во рту привкус крови, его клыки — не шутка. Чудовищное напряжение, что копилось в нём все эти дни, каждый раз, когда он говорил себе и Милене «нет», вытекает из него с семенем, оставляя после себя потрясающую лёгкость.
В себя он приходит крепко прижимая к себе Милену. Прервать с ней физический контакт кажется смерти подобно. Она слишком ему нужна, до боли необходима. Она часть его и сейчас ему остро требуется чувствовать, что она рядом. Что она его.
— Я так тебя люблю.
Слова сами срываются с губ. Как же глупо! Недавно он боялся сказать Милене об этом, а сейчас готов повторять каждую минуту, прокричать на весь мир. Только этого всё равно мало. Эрен целует её, чувствуя, как его захлёстывает щемящая нежность, пришедшая на смену пламенной страсти.
