До сюда ремонт ещё не добрался. Он видел обрушившиеся стены и потолок, в котором не хватало целых кусков. Оставалось удивляться, как всё это держится, а не рухнуло окончательно. Видел останки бокса, где жил. И кабинет Светланы Петровны, от которого почти ничего не осталось. Образы прошлого накинулись на Эрена, словно зверьё на беззащитную добычу. Вспомнилось, будто это было несколько минут назад, как рушилось это место. Пожарища, грохот и густой дым. Его мать, которая, понимая, что умирает, давала ему последние наставления, билет в свободную жизнь, пока ещё могла. Эрену казалось, он по-прежнему чувствует этот жуткий металлический запах крови и слышит слабый шёпот: «Ты должен жить, Эрен. Беги. Беги и постарайся научиться жить среди людей».
— Эрен, ты в порядке? — спросила Марина, даже решившись коснуться его плеча.
Её голос заставил его очнуться и осознать, что он стоит, зажмурившись и сжимая кулаки. Глаза пощипывало. Горе снова подняло свою уродливую голову. Теперь Эрен ему не сдастся, не позволит себе упасть в объятия потери. Ему нужны силы вынести грядущее, он не имеет права расклеиваться. Потому, заверив провожатую, что всё отлично, Эрен поспешил покинуть эту обитель призраков прошлого.
От Марины Эрен узнал, что сейчас в комплексе есть двое его сородичей: отец и сын. Их поймали, когда старший гибрид пытался скрыться после «рождения» отпрыска. Ему было любопытно на них посмотреть, Марина сомневалась в разумности этого. Но после недолгих уговоров и пары улыбок сдалась, взяв клятвенное обещание не пытаться им помочь.
— Это Майки, — представила Марина парня, сидящего в боксе. — Имя дали ему мы, так как попал он к нам крохой.
Майки имел тёмные волосы и карие глаза, которые он поднял на них лишь раз, после чего вернулся к своему занятию — черканию чего-то на бумаге. По словам Марины, это был самый странный из всех гибридов второй серии, что помнит она и её коллеги. Он был абсолютно безразличен ко всему. Нет, инстинкты у него были на месте, но стоило исчезнуть фактору, их пробуждающему, как Майки снова становилось абсолютно всё равно на окружающую обстановку. Попытки чему-то научить его разбивались об отсутствие даже крох интереса к занятию. Марина и коллеги склонялись к варианту, что он с какими-то отклонениями. Собирались скоро отправить Майки в другой комплекс, где держали тех, кто не смог удрать отсюда.
— Если Майки совершенно апатичен и почти не доставляет проблем, то его отец это нечто, — кисло поведала Марина. — Совершенно неуправляем. Только рычит, шипит, говорит гадости и ведёт себя максимально асоциально.
Каждый бокс отгораживался от других стенами со звукоизоляцией. Так было и раньше. Но, насколько знал Эрен, раньше к боксам не подпускали людей неподходящего пола. На что Марина охотно пояснила, что новые сделаны таким образом, что ни грамма воздуха не попадает снаружи в бокс. Туда кислород поступает через мощную систему вентиляции, где воздух проходит предварительную очистку от всего, что может взбудоражить подопытного.
Асоциальное поведение было налицо, то есть на тело. Второй парень лежал, растянувшись на пледе, абсолютно голый и даже не думал прикрыться. Один быстрый взгляд на пленника от Марины, как она стала помидорного цвета, Эрен только глаза к потолку возвёл от такой глупой демонстрации своей позиции.
Сначала сородич не проявил к ним никакого внимания, только мазнул взглядом, но через какую-то секунду вскочил на ноги и прилип к стеклу.
— Отец?! — выдал пленник ошалело. — Отец, я ошибся, виноват! Сверни этой дряни шею и вытащи меня отсюда!
Марина просила Эрена не говорить с ними, но он не смог удержаться.
— Ты, верно, сын Дейва, — произнёс он. — Только я не Дейв, я Эрен, и политику твоего отца я не поддерживаю.
Лицо пленника надо было видеть! Сначала там застыло непонимание, которое сменилось изумлением, после чего исказилось от ярости, когда он осознал ситуацию: Эрен совсем не собирается ему помогать и вообще содействует людям. Марина, несколько осмелев, схватила Эрена за руку и тащила из помещения, а неизвестный, оказавшийся его внуком, слал в спину Эрена проклятия.
Когда дверь закрылась, Эрен согнулся пополам и захохотал от осознания, что успел стать основателем целой ветви потомков. С его человеческим мышлением подобное казалось чем-то нелепым и оттого смешным. У него отношений-то не было, а уже дед, что там — прадед, и далее по списку.
Получил втык от Марины, после чего она заявила, что её время вышло, и проводила его в комнату. Также она поведала, что ему нужно быть готовым. В любой момент его могут пригласить на обследование. Это Эрен и сам знал. Чтобы зазря не накручивать себя, включил телевизор и постарался вникнуть в сюжет идущего там фильма.
Пришли за ним через три с небольшим часа, если верить часам на тумбе. Подавив приступ паники, охвативший его, Эрен проследовал за двумя военными.
