Быть пилотом «Формулы-1» полностью

Конечно, ты скачешь с одной вечеринки на другую. Здесь неплохо, но поехали вон туда. Неее, здесь не так прикольно, вернемся обратно, блин, не надо было уезжать, но обычно мы заранее знали, где будут лучшие вечеринки, и изо всех сил пытались догнать остальных членов команды, многие из которых тусовались каждый вечер с самого начала уикенда, особенно в Монако, где все условия созданы для команд, фанатов, знаменитостей — все веселятся, кроме гонщиков. (Завидно ли мне было смотреть на их похмелье, после того как я провел ночь, потягивая минералку? Ни капельки. Все обсуждали, как они круто провели время вчера, а я думал: зашибись, зато я сегодня буду пилотировать болид «Формулы-1», что тоже довольно-таки круто). Да и к тому же вечер воскресенья в Монако был — и, наверное, остается — самым мощным.

Например, в клубе Amber Lounge с тебя берут 600 евро только за вход, а за напитки и столик платишь отдельно. Вечер только начинается, а ты уже выложил шесть тысяч. Если ты обычный посетитель. Если ты гонщик — это совсем другая история. Любое заведение хочет заполучить гонщиков, потому что это прибыльно — привлекает клиентуру. И внутри к тебе никто не пристает. У тебя специальная ВИП-зона для пилотов, и охранник тебя даже до туалета провожает, чтобы убедиться, что все нормально (было бы нормально, если бы не одно обстоятельство: тебя к туалету провожает охранник).

В 2009 году после победы в Монако было особенно жарко. Мы потусили после гонки, а на следующий день, в понедельник, пока княжество возвращалось к повседневной жизни после уикендного кутежа, мы снова начали пить, где-то в полдень. Мы пили розе, сидя в баре на пляже, и рассылали сообщения, приглашая к нам присоединиться, пока не собралась вся честная компания, так все вместе мы приговорили 10 магнумов розе.

Потом мы позвонили в клуб, который пришлось открыть специально для нас, и там откупорили гигантскую бутыль шампанского, так называемый бальтазар, в который вмещается 16 обычных бутылок (рядом с ним теряется иеровоам, вручаемый победителю гран-при, в нем — 4 бутылки), мы его выпили, а когда собрались уходить, для нас откупорили еще один.

В итоге закончили мы где-то в час ночи, и на следующий день окрестили это 13-часовое возлияние Суперпонедельник, который стал своеобразной традицией в Монако, вне зависимости от того, завоевали мы подиум или нет.

Со временем все изменилось. Раньше у нас была правильная компания — Михаэль Шумахер и Дэвид Култхард, например, — которая любила развлекаться после гонки. Теперь ощущение уже не то. И хотя некоторые гонщики все еще готовы регулярно пускаться во все тяжкие (не волнуйся, Макс, мама ни о чем не узнает), такое поведение — скорее исключение, чем правило. Многие разъезжаются по домам. Атмосфера уже другая. У нас было кредо «Поработал — выпусти пар», а у них: «Поработал — давай домой». Может быть, социальные сети виноваты: каждое твое движение фотографируют, постят и отслеживают — 20 лет назад у нас такого не было, слава тебе, Господи.

Что до меня, я теперь предпочитаю рестораны. Тусовки? Не, спасибо. Ночные клубы? Точно нет. А вот хороший ресторан — совсем другое дело. К тому же я не переношу похмелье.

Поговорим о заработке. Согласно списку Forbes 2019 года, больше всех в «Формуле» зарабатывает Льюис — 55 миллионов долларов плюс еще 10 миллионов за рекламу. За ним — Себастьян, у которого 40,3 миллиона долларов и еще 300 тысяч за рекламу, хотя оба они не дотягивают до лидера — какого-то парня по имени Лионель Месси, он в общей сложности делает 127 миллионов долларов за год.

(А кто самый высокооплачиваемый спортсмен в истории? Ответ — в конце этой главы.)

Сколько Льюис и Себастьян заработали за всю карьеру, я, честно говоря, не знаю. Льюис — пятикратный чемпион мира[4], Себастьян — всего лишь четырехкратный. Но Себастьян дольше в этом деле. Он несколько раз стал чемпионом в Red Bull, а потом перешел в Ferrari, за что скорее всего получил солидный единовременный платеж.

Вот такая картина на верхушке. Но не всем, кто стоит на стартовой решетке, так повезло, потому что в задних рядах есть штук шесть, или даже больше, гонщиков «Формулы-1», которые ничего не зарабатывают, и наоборот, должны вкладывать деньги, чтобы участвовать. Они получают часть денег от спонсоров, которых им удалось привлечь.