Кажется, запах лорда Аксоса на коже остался — чем-то хвою напоминает. А уж его сопение и поцелуи, с которыми он настойчиво лез в рот в перерыве между телодвижениями, точно не забуду.
Не выдержав, встала, чтобы ополоснуться.
Лёгкая боль внизу живота унялась — и на этом спасибо. Крови тоже нет, зато есть другое, к чему прикасаться брезгуешь.
Сидя на краешке ванной, задумалась: вдруг забеременела? И всё, никто и ничто не поможет.
Вспомнила вычитанное где-то, что ребёнку вредит алкоголь, и, накинув халат, на цыпочках выскользнула из покоев и засеменила в сторону буфетной.
Эх, хорошо бы там ещё яд найти!
Нет, умирать я не собиралась, всего лишь принять малую дозу, чтобы уничтожить последствия бурной ночи, если таковые имелись. Знаю, грех, но не хочу ребёнка от регента!
В буфетной кто-то был. Не заметив его вовремя, вскрикнула и отпрянула.
Мой внешний вид и цель визита не соответствовали статусу венценосной особы, поэтому случайный свидетель не обрадовал.
Вспыхнул магический светильник, вычленив из темноты лицо Аллоистеля.
Невольно улыбнулась: в руках у эльфа была бутылка. Интересно, что же заставило достопочтенного Владетеля в такой час тайком прикладываться к спиртному?
— Ваше высочество? — Аллоистель с не меньшим изумлением уставился на меня и поспешил поставить сосуд на место.
Ощутила, как его взгляд скользнул по шее и ниже, и невольно плотнее запахнула халат — не видно ли чего? Эльф смущённо закашлялся и отвернулся, хотя я заметила украдкой брошенный взгляд. Неужели Первородных интересуют те же вещи, что и обычных мужчин?
Стеснялись оба, поэтому молчали. Наконец я решилась и попросила открыть буфет. Аллоистель посторонился, сказав, что тот не заперт.
Бочком проскользнула мимо эльфа и заглянула в мутные створки молочного стекла.
Что же выбрать? Определённо, самое крепкое. И крысиного бы яду с полноготка…
— Госпожа, с вами всё в порядке? — заботливо поинтересовался эльф. Понимаю: не каждый день по дворцу ходят босые принцессы в неглиже на свидание с бутылкой! — Могу я быть чем-то полезен?
— Да, уважаемый Аллоистель: не соблаговолите ли достать и открыть самую крепкую местную настойку?
— Зачем?
На такой вопрос я не рассчитывала и растерялась. Благородные дамы о подобном молчат.
— На то есть причины, — ответ вышел уклончивым. — Связанные со здоровьем.
— Тогда госпоже полезнее показаться лекарю, — предположил Аллоистель.
Я кисло улыбнулась. Вряд местный врачеватель решит мою проблему, ведь эльфы превыше всего на свете ставят жизнь.
Плечи поникли, тоска подступила к горлу. Внезапно захотелось всё-всё рассказать Аллоистелю, но умом я понимала, что поступлю глупо.
Эльф, растерявший свою надменность, проявлял всё больше беспокойства. Выражалось оно в частых взглядах, которые он украдкой бросал на меня, и наконец, вылилось в твёрдое желание отвести меня к лекарю. Я отмахнулась, но Аллоистель настаивал:
— Пресветлый король не обрадуется, если узнает, что его гостье стало плохо, а никто не помог ей.
— Мне в силах помочь только Ишта, — грустно протянула я, глядя в его небесные глаза и надеясь обрести там спокойствие. Видимо, моя судьба — тонуть в синеве эльфийских глаз, не в силах сделав ни глотка воздуха.
— Быть может, госпоже поможет предсказатель? — осторожно высказал предположение Аллоистель. Изумруды в ушах сверкнули двумя звёздочками в свете ламп. Пожалуй, на них и буду смотреть, чтобы не растерять остатки гордости. Хватит с меня короля Эрданасиэля.
— Давайте лекаря, — после минутного молчания сдалась я. — Но мой супруг ничего не должен знать.
— Как пожелает госпожа, — неожиданно не стал спорить эльф и с поклоном протянул мне руку.
Не удержавшись, спросила, что же он делал в столь поздний час в буфетной. Аллоистель сразу замкнулся, пожал плечами и ответил, что проверял какое-то заклинание. Мы оба знали, что он лжёт, но каждый сделал вид, что я поверила в эту нелепицу.
Лишь бы лорд Аксос не проснулся и не заметил моего отсутствия! Пожалуй, это пугало даже больше, нежели возможный ответ лекаря.
Аллоистель по потайному ходу провёл меня в какой-то дом. То, что мы не во дворце, поняла сразу: и обстановка иная, и из окна видны какие-то строения, а не сад или терраса.
Оставив меня ждать в кресле, эльф отправился будить лекаря. Тот появился буквально через пару минут, заспанный, но преисполненный местной холодной вежливости. Провёл в кабинет и расспросил о болезни.
Довершив грехопадение, поведала всё, как есть. После непристойного поведения с эльфами это такой пустяк! Я ведь и на Аллоистеля реагировала иначе, чем требовал этикет: пока шли, рука в его ладони вспотела.
Лекарь нахмурился и приложил руку к моему животу. Попросил прилечь на кушетку и продолжил манипуляции. Наконец лицо его просветлело, и, глотнув, я приготовилась выслушать «радостную» новость. Но Ишта в этот раз поцеловала меня в лоб:
— Опасения госпожи напрасны: вы не беременны. Во всяком случае, я не чувствую дитя. Но странно, что величайшая радость кажется вам наказанием.
