Бытие полностью

Будь прокляты эти дилетанты! В прошлом Тор удачно использовала «умную толпу». Но этот случай может обернуться разочарованием. Никто из них не заплатит за нее штраф и не примет на себя неодобрение начальства в первый же день на новой работе.

«Однако кое-кто из нас по-прежнему встревожен, – продолжал голос. – В этом слухе есть что-то… Не могу точно сформулировать».

«Голос» звучал как отдельный, индивидуальный, и даже говорил от первого лица. Явный признак малого числа участников. Тем не менее поддержка придала Тор сил. Пока не явился служитель, чтобы отвести ее вниз, есть возможность в последнюю минуту проявить цепкость.

– Правильно ли я полагаю, что в нашем составе еще есть поклонники цеппелинов?

«Да вряд ли остались другие. Есть настоящие фанатики».

– Хорошо, тогда давайте привлечем опыт фанатиков. Думайте об утечке, которую мы недавно обнаружили. Мы предположили, что этот цеппелин производит значительное количество водорода, чтобы возместить утечку в воздух. Согласна, это совершенно безопасно. Кто-нибудь из любителей-ученых изучал воздух по маршруту следования «Духа»?

Пауза.

«Да, несколько сообщений. Опасной концентрации водорода над корпусом цеппелина и в его следе не обнаружено. Утечка так быстро рассеивается…»

– Прошу пояснить. Опасной концентрации нет? Может, они вообще не обнаружили утечку водорода в воздух?

На этот раз пауза длилась на несколько секунд дольше. Внезапно число участников группы перестало падать. В углу очков Тор увидела, что оно снова медленно возрастает.

«А вот это интересно, – прозвучал в ее ухе голос коллектива. – К нам присоединились несколько ученых-любителей. Они сообщают, что утечку вообще не заметили. Ноль лишнего водорода вдоль всего маршрута полета. Откуда ты знала?»

– Я не знала. Назовем это интуицией.

«Но с той скоростью, с которой «Дух» возмещал водород…»

– Должна быть какая-то утечка. Верно. – Она вслух закончила мысль. – Не в багажном отделении и не на пассажирских палубах. Это мы бы обнаружили. Но излишек водорода должен куда-то уходить.

Тор нахмурилась. За рощей высоких цилиндрических газовых ячеек она видела движущуюся тень. Кто-то приближался. Член экипажа или служитель шел к ней, чтобы мягко, но решительно и настойчиво отвести назад, на место. Фигура, видная сквозь почти прозрачные полимерные ячейки, становилась то розоватой – водород, то зеленоватой – гелий.

Тор моргнула. У нее вдруг пересохло во рту, и она утратила способность говорить вслух, только субвокально.

– Хорошо… тогда… попросите любителей-ученых снова просканировать маршрут цеппелина. Только на этот раз пусть ищут… гелий.

На внутренней поверхности ее очков вспыхнуло множество индикаторов. По всей стране были приведены в действие многочисленные любительские научные приборы, контролируемые компьютерами на задних дворах или в обсерваториях на крышах. Многие могли быстро нацелиться на любой участок неба – у этих любителей техническая база была лучше, чем могли себе представить специалисты прошлого поколения. Появились пунктирные линии. Каждая обозначала угол наблюдения того или иного любителя-астронома, метеоролога или эколога – и все эти люди нацелили свое оборудование на величественный силуэт «Духа Чула-Висты»…

…который вслед за своим буксиром прошел над Арлингтоном и Пентагоном и в последний раз повернул к пункту назначения – порту дирижаблей, который обслуживал Вашингтон.

«Да, Тор. Есть гелий.

Даже очень много.

Облако тянется за «Духом» по меньшей мере на сто километров. Этого никто раньше не заметил, поскольку гелий инертен и абсолютно безопасен. Поэтому приборы, следящие за состоянием среды, на него не настроены».

Голос звучал мрачно. И гораздо более безлико. При неожиданно стремительном росте уровня участия поступали все новые данные и оценки – в невероятном темпе.

«Твое подозрение кажется весьма обоснованным. Экстраполируя назад во времени уровень потери гелия, приходим к выводу, что сейчас «Дух Чула-Висты» потерял уже половину своего запаса…»