Бывшая принцесса полностью

— Я буду рядом, тебе не о чем беспокоиться. — уголок его губ дергается.

Качаю головой. Николай беспомощен без пистолета, авторитета и угроз. Он решает, что разговор окончен, так что вставляет:

— Приеду ночью, у меня дела в Вашингтоне.

Меня уже ждет машина с водителем.

— На чем ты летаешь?

Тяжело за столь короткое время проделать путь туда обратно и решить нужные вопросы.

— Вашингтон — пригород Нью-Джерси.

Многие мелкие точки на карте называются так же, как города, штаты, страны.

Достаю телефон и открываю переписку с Таишей. Она далека от светских вечеров, но наверняка что-то да знает.

— Это касается отдела бизнеса, который я курирую? — не собираюсь задавать прямых вопросов.

— Нет. Развлечения — бои. Со временем в Вашингтон начнем перетаскивать оружие. Подальше от берега.

— Это хорошая идея, если хочешь от него поскорее избавиться.

Использовать, продать, обменять. Братва хочет лишиться товара, но не защиты, и все же…

ГЛАВА 9

КВИН

Завтра выезд в Бостон, а я чувствую страх. Не так, как было первые дни в браке с Громовым, но что-то помимо волнения разъедает изнутри.

Список гостей закрытый, но мне удалось заполучить часть, и в нем нет Ричарда или подруг.

Я сижу на скамейке-качели напротив куста красных роз — подарка Анны. Это особый сорт без шипов, что полный идиотизм. Их извратили, лишили защиты.

Кладу руки поверх мужских, когда Николай обнимает сзади, целует в висок. Моменты нежности — мой обман и маленькая радость. Странно, что мне становится тяжелее дышать.

— Ты выбрала платье?

Садится рядом, заставляя убрать в сторону рабочий ноутбук.

— Думала, важнее выбрать камни.

Бриллианты. Только они и кольцо с сапфиром, которое срослось с моими образами.

Я смотрю правее — через живую ограду, где продолжается частный сад.

— Не смотри. — касаюсь щетины Николая.

Разумеется, он это делает, и каждый мускул в теле напрягается.

— Мне тебе дать знать, как они переспят?

Откидываюсь на спинку скамейки, проверяя электронную почту.

— Или подержать свечку, принять участие?

Я зла на Николая за то, что он запрещает без предупреждения покидать Остров, не идет и речи о том, чтобы заглянуть за пределы штата Нью-Джерси.

— У тебя есть инстинкт самосохранения, Львенок?

Муж оставляет сестру и лучшего друга, до нас доносится тихий смех Громовой.

— И он выше всяких похвал.

Я говорю без привычного ехидства.

— Посмотри на меня. Мы в любом случае поедем в Бостон, и ты будешь вести себя хорошо.

— Почему со мной обращаются так, словно я не прошла проверку?

Я подвигаюсь ближе, надеясь раскрыть Николая, пока вся кровь прильет в его член.

Муж сводит брови, как делает всякий раз при воспоминаниях о моих “пытках”. На теле не осталось и следа.

— Потому что от верности ты ценнее, Королева.

— Разочаровать тебя и вперед к свободе?

— Ты чувствуешь себя взаперти?

Нет.

— Да.

— Может, когда с бизнесом все встанет на круги своя, это изменится.

— Ты лжешь не тому человеку.

НИКОЛАЙ

Я вижу, как часто пульсирует венка на шее Квин. И все же жена чинно спускается по трапу, чтобы ступить на бостонскую землю.

Приезжать сюда более, чем рискованно. Я не могу довериться Квин, понимая, что она в своей стихии. И от одной мысли о том, что она может исчезнуть, кровь превращается в лаву.

До начала праздника два часа, когда мы входим в особняк. Я крепко держу Королеву за талию, пусть она и не собирается бежать.

— С днем рождения, папа.

Я удивлен неискренней улыбкой Квин.

— Привет, дорогая.

Коул МакГрат целует дочь в лоб, а затем переводит равнодушный взгляд на меня. Он и вполовину не так хорош в ношении масок, как Квин.

— Мистер Громов.

Мужчине исполняется пятьдесят и он в отличной форме. У Квин достаточно его черт — рыжий оттенок волос, глаза, которые у девушки более бледного цвета.

— Для вас готова комната, и уже пришла твоя команда.

МакГрат о помощниках Квин с подготовкой к торжеству.

— Нужно разместить моих людей.

Я не взял Павла или Сергея, они нужны в Атлантик-Сити на эти сутки. С нами только двенадцать солдат.

— Дворецкий этим займется.

Квин первая проходит мимо отца, отмахиваясь от помощи служанки.

— Это наверняка мои комнаты.

Отмечаю, Квин ведет себя не менее раскрепощенно на Острове. Она открывает двери, попадая в настоящие покои с дверями в другие личные комнаты.

— Визажисты и парикмахеры наверняка расположились в гардеробных. Твои вещи и помощник в спальне.

Она делает свистящий выдох, смотря на дверь в ту комнату. Затем поднимает голову.

— Спрячь пистолеты подальше и не проверяй окна — это жутко.

Притягиваю Квин к себе. Она широко распахивает глаза от неожиданности.

— Я запру каждую створку, Львенок.

— Я почти месяц, как в клетке, а теперь на поводке. Дай почувствовать себя в родном вольере.

И все же она не сопротивляется болезненному поцелую.

КВИН

Знакомый дом и комнаты. Роднее только стены Академии и наш с Ричардом пентхаус в Лондоне.