Я двигаюсь ближе к его груди и начинаю целовать. Мот улыбается, глаза не открывает, но его ручищи обнимают меня все сильнее. Чувствую его силу на своём теле. Наглею, закидываю на него ногу и сделаю. Мне приятно быть ведущей в нашем союзе. И Матвей не сопротивляться, он весь в моей власти, смакую каждый миг нашего уединения.
Вот только потом он открывает глаза, притягивает меня к своей груди, впивается страстным и жарким поцелуем в губы. И мир вокруг снова исчезает. Есть только мы, сплетаемся и не хотим останавливаться…
Мы лежим, сплетясь в единое целое, тяжело дышим, пытаемся прийти в себя после феерического оргазма. Не хочется шевелиться. Здесь так хорошо с ним вместе.
Всю иллюзию рушит звонок его телефона. Отрываю голову от его груди и внимательно рассматриваю любимое лицо. Услышав мелодию звонка, лицо его становится хмурый. Хочу встать, уйти в душ, не хочу прослушивать. Видимо, важный разговор. Но Тихонов по-прежнему лежит и не разжимает руки.
— Мот, тебе звонят, — шепчу в его шею, а сама, целуя и смакуя вкус его кожи, хочу напиться нашей страстью.
— Я потом перезвоню, не отвлекайся, — через время телефон замолкает.
Сегодня у нас встреча в обед. Поэтому мы долго нежимся в постели. Шторы плотно закрыты, в комнате полумрак. Нам уютно в нашем мире. Вот только мой желудок призывает к пище. Мот тянется к стационарному телефону и заказывает завтрак в номер. Мы вдвоём идём в душ, вновь дурачимся. Нам вновь восемнадцать и за плечами ещё столько всего.
Завтракаем, кормим друг друга, и очень много целуемся. За дверь моего номера другой мир, а сейчас я проживаю лучшие моменты счастья. Тихонов просит показать фото Арсения, и я как мама-наседка делюсь с Матвеем фото и рассказами об успехах сына. Странно, но чертовски приятно.
Мы молчим о будущем. Видимо, оба осознаём, что его просто нет. Мы поддались порыву, эмоциям и страсти.
— Нас ждут, пора идти, — Мот протягивает мне руку.
Смело вкладываю свою ладонь в его надёжные руки и иду за ним. Оглядываюсь, смотрю на кровать, которая небрежно заправлена, накатывают воспоминания о нашей ночи. Становится немного грустно, что всем закончилось.
Вот только у Матвея были другие планы.
Мне так обалденно с Маринкой. Она умная, нежная и страстная, в ней скрыто столько огня. Я не готов отпускать, не даю и шанса побыть одной, всё время рядом. Зеленоглазка всегда в поле моего зрения. Я как коршун охраняю. Моя.
При любой возможности прикасаюсь к ней. Зависимость быть рядом. Это так странно и ни на что не похоже. На протяжении всех тридцати пяти лет жизни ни одна из моих женщин не была мне так необходима, как Марина Климова, бывшая одноклассница, в прошлом совсем не мой типаж. А спустя пятнадцать лет она поменялась, даже цвет волос мне нравится. Она идеальна. И сейчас в моей голове сформировался план на тридцать лет вперёд. И рядом всегда Марина. Дико. Вот только здесь в России я понял, чего хочу. Рядом с Энни я никогда не чувствовал такого.
Мне не скрыться и не уйти от Матвея, он везде. Тихонов просочился в меня, своими корнями в самое сердце. И с каждым днём сложнее будет отпустить, но придётся. А сейчас я буду с ним, пусть потом станет невыносимо больно. Позволяю всё, и отпускает себя.
В офисе партнёров мы ведём себя, как коллеги: сдержанно, учтиво. Но стоит нам остаться наедине и нас срывает в пике: поцелуи, объятия, нежные обещания. И калейдоскоп эмоций играет такими яркими красками. Это нереально.
Я люблю Матвея Тихонова все шестнадцать лет, отчётливо сейчас осознаю. Моя любовь никуда не исчезла. Она трансформировалась из юношеской, в более сильное чувство. Не знаю, как справиться, и возможно ли это?
На часах два часа ночи, а мне не спится. Матвей сопит на соседней подушке — это так необычно, глядя на него у меня, учащается сердцебиение. Хочу запомнить это мгновение. Тогда в нашу первую ночь у меня не было возможности. Решаю выпить воды, встаю, идёт в ванную, смотрю на отражение в зеркале. Вижу лёгкие следы на шее от его щетины. Мне приятно видеть отпечатки губ и пальцев Мота. Это моё клеймо принадлежности ему. Ведь наше счастье не может длиться так долго. Сейчас мы вернёмся домой, и всё закончится. Корпоративная этика…
Вздрагиваю, когда открывается дверь, и в дверном проёме появляется Мот. Он красив до мурашек в животе.
— Почему ушла? Я соскучился, — не стесняется, подходит и встаёт сзади.
Обнимает, крепко прижимает к себе, Мот такой горячий, а я и правда замёрзла. Мне теперь всегда без него будет холодно. Я это точно знаю, но у меня будут, были эти три дня. Моя маленькая сказка. Смотрю в его серо-голубые глаза и так жалею, что завтра мы вернёмся домой, и всему придёт конец.
— Почему ты грустишь? — целует в голое плечо.
— Завтра мы возвращаемся домой, — с грустью произношу.
— И, что? Познакомлюсь с Арсением. Найдём с ним общий язык, у нас с ним много общего.
— Что? — удивляюсь.
— Ты нам дорога, а ещё я тоже плавал.
Я не верю своим ушам, Тихонов собирается знакомиться с моим сыном?
— Что ты хочешь?