Я погладила его по щеке, а он дернул меня к себе. Его губы нашли мои и впились поцелуем. Мне было так хорошо с ним, что сложно было представить самого счастливого человека на свете,
В сумке зазвонил телефон. Я оторвалась от своего бывшего, поднялась с кровати и достала сотовый.
На экране высветился Григорий. Я нажала отключить вызов и кинула его опять в сумку.
— Кто это? — с тревогой спросил Саша.
— Неважно. Я сама с этим должна как-то разобраться.
Муж откинул одеяло, сполз с кровати и стал напротив меня:
— Говори. У тебя есть муж, и он должен решать твои проблемы.
Я кусала губы и смотрела в окно. Муж обнял меня за плечи и поцеловал в шею:
— Ты не веришь мне? Я же стал другим и жалею о том, что было тогда. Прошу, доверься. Я хочу все про тебя знать, и если у тебя есть проблемы, то я их решу, чего бы мне это ни стоило.
Я повернулась к нему и посмотрела в глаза:
— Понимаешь, у меня есть жених.
Саша сжал губы, и я увидела, как желваки у него заходили на щеках. Он злился. Бывший приподнял голову, сложил руки на груди и посмотрел на меня.
Я ломала голову: стоит ли ему все рассказывать?
Решалась ему открыться, ведь мне и правда хотелось, чтобы он взял на себя все мои проблемы и решил их. Я устала быть сильной.
— Когда я приняла предложение, то он договорился со мной, что мы поедем с ним в Дубае. Он будет там работать, а мы его семья. И мы собрали документы и подали на выезд. Теперь ему могут в этом отказать, и Гриша шантажирует меня тем, что я согласилась и сейчас, если я откажусь, то он теряет престижное место. Понимаешь? Я не могу подвести человека. Он предлагает нам пожить год вместе с ним, а потом вернуться сюда. К тебе.
Муж нахмурился и прорычал сквозь зубы:
— Вот же сволочь! Не бывать этому!
Он отвернулся и зашагал к своей тумбочке. На полке у него лежал телефон.
— Саш, прошу тебя. Я пообещала ему. Я не могу бросить человека только потому, что у меня теперь обстоятельства изменились.
Бывший набрал номер на телефоне, и кому-то начал звонить. Я взялась за спинку кровати, чтобы скрыть дрожь рук. Я терялась в догадках: кому звонит мой муж. На нервах начала кусать свои губы.
— Вань, привет, дружище. Ты мою машину отвозил к качалке? А ключ от нее у кого? У администратора? Слушай, братишка, сделай доброе дело. Там у меня на заднем сиденье лежит папка с документами. Ты можешь мне ее срочно привезти в больницу? Ага. Спасибо большое! С меня сто грамм и огурчик. Ч и т а й на К н и г о е д. н е т
Я смотрела на Сашу и не понимала: какая папка? Что в ней? Он засмеялся:
— Хорошо уговорил. Будет тебе абонемент в качалку на год. Только поторопись. Очень срочно нужна. Жду.
Он отключил вызов и посмотрел на меня:
— Марин, давай сядем.
Я кивнула, и мы сели на кровать. Он сжал мою ладонь:
— Любимая, я прошу, только не злись на меня.
— Что ты сделал? Надеюсь, что ты никого не убил?
Я с тревогой смотрела на него. Муж поцеловал мою кисть:
— Немного пугает, что ты обо мне такого мнения. Когда я увидел твоего жениха, то он мне сразу не понравился, и я пообещал тебе все про него узнать, помнишь? В тот день, когда исчез Андрюша, мне принесли папку. В которой собрали весть материал на твоего жениха. Я думаю, что, прежде чем ты соберёшься с ним куда-либо ехать, тебе стоит кое-что узнать про него. Это откроет глаза на многое.
— Ты следил за ним? Но это подло!
— Марин, послушай меня! То, что сделал я — это не подло. А вот то, что сделал он, куда хуже, чем ты думаешь! Я когда прочитал то, что мне на него собрали, готов был разодрать на куски эту сволочь. А после всего того, что пережил мой сын, благодаря этому уроду, то убить его — это слишком легкая смерть для него.
— Прекрати! Саш — это некрасиво — наговаривать на человека. Я была лучшего мнения о тебе!
Я поднялась с кровати и подошла к окну.
— Хорошо, — услышала я за спиной, — Я не буду тебе ничего говорить. Я просто отдам тебе эту папку, а ты ее прочтешь тогда, когда посчитаешь нужным, и спросишь у него про все это сама. Но я вас с сыном ему не отдам — ты, так и знай! Вы самое дорогое, что у меня есть.
— Парамонов, прекрати! Я не хочу никаких подлостей ни с твоей стороны, ни с его. Я, наверное, поеду домой. Выздоравливай.
Я развернулась от окна. Он подхватился и преградил мне путь:
— Прошу, не уходи. Я не хочу, чтобы твой бывший жених портил нам те минуты, которые ты проводишь со мной.
— Мне за Андрюшей нужно ехать.
— Конечно. Я не могу тебя задерживать, если нужно к ребенку. Можно я поцелую тебя, и ты пойдешь?
Я подняла на него свои глаза, а он провел по моей щеке и припал к моим губам. Это был такой нежный поцелуй, что все плохое у меня тут же улетучилось. Он отпустил мои губы, и я открыла глаза.
Мы смотрели друг на друга, и я видела только нежность в его взгляде.
— Мне пора, — прошептала я.