Кажется, у неё даже затылок напрягся. Ловкие движения, рук на секунду приостановились. Она было собралась выпрямиться и обернутся ко мне, стоящим за её спиной, но тут же передумала и продолжила застегивать мелкие кнопочки на детской одежке.
— Корми её каждые три часа, Саш. Строго соблюдай дозировку смеси. Как менять подгузник, ты видел. Влажные салфетки на столе — Катя переложила уже одетую Анечку в детскую кроватку. — Продержись до прихода патронажной медсестры, а там решите, что дальше с ребёнком делать.
— Так ты не ответила. — преградил ей дорогу. — Ты замужем? И кто счастливчик? Кому ты досталась после меня?
Слова обожгли, как удар плётки. Хлёстко, неожиданно, больно. Скривилась в презрительной улыбке, выпрямила спину. Мне не привыкать, я давно научилась держать удары.
— Какая тебе разница, Саш. Главное, не твоя.
Откуда столько ярости в его глазах, в нервно сжимающихся в кулаки пальцах, в ходящих ходуном желваках? Смотрел так, будто я в чём-то виновата.
— Васька сказал — ты замуж выскочила, не успел я до места службы доехать. Предъявил с претензией.
— Ну если Васька сказал. — насмешливо ухмыльнулась. — Друг же твой. Почти брат. Ему веры больше. Ты же его лучше знал, чем меня. Если сказал, то вышла. А за кого тебя уже не касается.
Попыталась обойти Сашу, но он снова резко преградил путь. С размаху врезалась в крепкую грудь. Здоровый лось стал. Непрошибаемый. Всё такой же невероятно красивый, притягательный. Это в восемнадцать я неопытная станичная девчонка, воспитанная в строгости и под присмотром старших братьев, не могла дать определение его магнетической силе, притягивающей меня, как мотылька на огонь. Сейчас я знала, что это чистой воды мужская сексапильность, невероятная харизма. Совокупность мужской силы, обаяния, и притягательной, мужественной красоты. — Пропусти, Саш. Я должна идти, меня люди ждут.
— Подождут. Нам нужно поговорить.
Удивлённо покачала головой. О чём нам говорить? Прошлое осталось далеко позади. Мне ничего от него не нужно. Навязывать дочь я ему не стану. У нас с ней своя жизнь, у Саши своя.
Очень вовремя зазвонил телефон. На экране высветился номер Альбертовича.
— Катерина, ты освободилась? Мы готовы тебя забрать, через три минуты будем на месте. — голос врача быстро отрезвил чувства, привёл мысли в порядок. Какие разборки, разговоры? Не время. Нужно бежать вниз. Я нужна Альбертовичу на следующем вызове.
— Саша, я на работе. — ещё раз отступила в сторону, чтобы обойти, стоящего скалой на моём пути, парня. — Меня пациенты ждут. Кому-то необходима медицинская помощь.
— Оставь свой номер. — сдвинулся, пропуская, и уже у самой двери догнал неожиданным вопросом. — Маша моя дочь?
Развернулась, чтобы открыто посмотреть в его глаза.
— Она только моя дочь. У неё нет отца. Даже в её свидетельстве о рождении в этой графе стоит прочерк.
— А если я потребую сделать ДНК-тест?
— Только через суд. Да и зачем тебе это? У тебя есть семья.
— У меня дочь, о которой я ничего не знал целых четыре года! — проигнорировал он фразу о его семье. — Почему ты не сообщила мне о ребёнке?
— Потому что ты сбежал? — приподняла иронично бровь. — И не ответил ни на один мой звонок, ни на одно сообщение. Хотя вру. Один раз ответил.
— Что дальше? Какой адрес? — всеми силами пыталась перебить тяжёлые мысли, ворвавшись в работу.
— Наша любимая пациентка Сименьчук. Альбертович обречённо вздохнул. Стабильно два раза в неделю ездим к ней на вызов.
— Одинокая старушка?
Таких пациентов, вызывающих скорую помощь по малейшему поводу, у нас в районе несколько. В основном это были одинокие пожилые люди, которым катастрофически не хватает живого общения с людьми.
— Не совсем старушка. — хмыкнул Альбертович. — Но тоже… В общем, сейчас увидишь.
Я кивнула, дав понять, что приняла к сведению информацию о вызове, на который едем и, прислонившись затылком к подголовнику сиденья, закрыла глаза.
Саша. Невероятное совпадение. Случайно встретиться в нашем городе миллионнике задача не из лёгких. Саша сказал, что только вчера въехал в квартиру. Это может означать, что он перебрался жить в наш южный город? Почему именно сюда? Далековато от Перми.
О Маше ему наверняка рассказала тётя Зина. Теперь я была совершенно уверена, что именно его я видела входящим в её дом. Мы разминулись всего на минуту, но Машульку он мог увидеть. Интересно, ёкнуло хоть что-то в его сердце?
Я грустно улыбнулась. Глупости всё это. Ничего у него не могло шевельнуться. Саша жил своей жизнью где-то очень далеко от меня, от нас с дочерью. За пять лет ни разу не дал о себе знать. Не приезжал к Ваське, пока тот был жив. Не писал, не звонил. Васька, наверняка, донёс бы до меня эту новость. Поглумился бы.
Саше было наплевать на меня. Подумаешь, очередная дурочка, клюнувшая на него. Поигрался в отпуске, свалил и думать забыл.
В уголках глаз щипало. Непроходящая боль обиды сдавливала сердце. Я попыталась дышать носом. Глубокий вдох и выдох, и ещё раз.