- Я бы с радостью продолжал играть, но это невозможно. Я превращусь в живую мишень. Хогвартс, конечно, отлично защищен, но представь, сколько нужно будет предосторожностей, чтобы оградить от Упивающихся профессиональный стадион!
- Это да, – посочувствовал Рон. – И потом, стать ловцом в такое время, когда каждый аврор на счету, было бы просто несерьезно. Так что иди, занимайся с Гермионой и готовься к своему экзамену. Уверен, в этот раз у тебя все получится.
У Гарри защемило в груди, но он заставил себя не обращать на это внимания. Карьера аврора отныне была ему недоступна, вот и все. Нет смысла проливать слезы над тем, что уже нельзя изменить...
- Ну что, пойдем? – спросил он Гермиону, отодвигая стул, чтобы встать.
Та схватила с блюда персик, кивнула и вышла из Большого зала, едва не подпрыгивая от радости.
- Отличные новости о ТРИТОНе, Гарри! Я даже не знала, что министерство позволяет пересдачу...
Гарри отвел ее подальше от центрального коридора и прошептал на ухо:
- Да не позволяет оно! То есть мне об этом ничего не известно. Я просто сказал так, чтобы остаться с тобой наедине. Нам нужно поговорить.
Гермиона подняла брови, в ее взгляде промелькнуло понимание.
- Ох. Полагаю, о том, что мы договорились обсуждать все, ничего не утаивая...
«Ты можешь говорить со мной о чем угодно, Гарри…»
Гарри вздохнул. Ему ужасно, ужасно не хотелось обсуждать это с ней. Но он нуждался в совете – куда еще за ним можно было пойти? К кому обратиться – к человеку, который годился ему в его пра-пра-пра-пра-дедушки? К привидению? Или, того хуже, к мужчине, чьей собственностью он станет через неделю?
У него оставалась только Гермиона.
- Вот именно, все, – эхом отозвался он, и это слово будто повисло между ними в воздухе. – Пойдем-ка снова к большому утесу у озера.
- Рон был прав. На улице действительно хорошо, – вытянув ноги, заметила Гермиона. Сбросив туфли, она пошевелила пальцами в густой траве. – Жаль, с пикником ничего не вышло.
Гарри поморщился и уселся рядом по-турецки.
- Да уж. Но в десять я встречаюсь со Снейпом.
- Конечно... как у вас вообще дела?
То, с какой легкостью она об этом заговорила, было невыносимо. Гарри с усилием сглотнул, чтобы не выпалить, в каком... смятении он находится. Северус Снейп был ужасным человеком; об этом Гарри было известно. Даже получше остальных. Однако в последнее время зельевар был не так уж и ужасен, отчего Гарри казалось, будто он теряет равновесие и тонет в зыбучих песках. Не меньше прочего пугало и то, что ему действительно начинало нравиться все, что Снейп умел в постели.
Это все физиология, успокаивал он себя.
- Кажется, все нормально, – не зная, с чего начать, произнес он. – То есть с тех пор, как он снова позволил мне общаться с тобой, Снейп сделался каким-то... ну, спокойным. Оказалось, он решил, что я.... что я менял подружек, как перчатки. Думал, что я уже не только целовался с девушками, но и... ну, ты меня поняла.
Гермиона негромко рассмеялась, прикрыв рот ладошкой.
- А. Неужели, по-твоему, он действительно поверил, что... ну, что мы с тобой?.. Помнишь, Снейп застал нас в коридоре после того, как мы поговорили с Бинсом о ритуале, а на следующий день в классе наговорил нам гадостей.
- Поверил, не сомневайся. Поначалу я тоже думал, что он был мерзавцем потому, что таким родился. – Гарри улегся на траву и стал наблюдать за плывущими облаками. – Как выяснилось, он в самом деле навоображал себе невесть что. В общем, после того как все прояснилось, дела у нас пошли немного лучше.
- Он, что, думал, что ты - местный Казанова? – возмутилась Гермиона. Она снова улеглась на траву и повернулась лицом к Гарри. – Ты же ни с кем не встречался после Чо. Я бы еще поняла, если бы Снейп не замечал, что вокруг него происходит. Но он же такой наблюдательный! Обязан быть наблюдательным, учитывая его...
- Тише ты! – зашипел Гарри, пока она не успела высказаться о шпионской деятельности зельевара вслух. – Я, конечно, применил сильнейшие из известных мне изолирующих чар, но...
- Ой, и правда. Только все равно меня поражает, как Снейп мог принять тебя за... опытного в этих вопросах человека, но кто знает, может, в нашем возрасте он сам был таким...
Они немного помолчали. Гарри наблюдал за плывущими облаками и пытался ни о чем не думать. Потому что думать – это означало гадать, как ненавязчиво упомянуть об использовании пальцев в беседе с Гермионой, а обсуждать такое было невозможно, верно? В любом случае, решение он должен был принять сам. Да и не захочет Гермиона рассуждать о такой мерзости...
- Гарри, - ее тихий голос размышления прервал; он заметил, что девушка включила Tempus. В воздухе над их головами парили полупрозрачные туманные цифры, пока она не развеяла их рукой. – Уже полдесятого. Ты хотел обсудить... э... что-то?
- Хотел, но... мне как-то неловко.
Гермиона улыбнулась.
