– Ну так верни ее! – приказал он директору, который как раз шагнул из камина в госпиталь. – Сию минуту!
Альбус бросил взгляд на свернувшегося клубком юношу. Не теряя ни минуты на расспросы или на выражение сочувствия, он извлек палочку и, собирая огромную – почти осязаемую Северусом – силу, выпустил серебристого феникса. Затем старый маг присел рядом с Гарри.
Там было законное место Северуса, но сейчас он не мог позволить себе подобной роскоши. Гарри страдал от боли, и зельевар был не намерен ждать прихода Поппи в бездействии. Он призвал сильнейшее обезболивающее зелье, отмерил двойную дозу, сожалея, что нельзя предложить юноше больше. Но как профессионал понимал – это было бы неразумно.
Поспешно приблизившись, он осторожно приподнял Гарри голову и поднес к его губам зелье.
На сей раз юноша и не подумал жаловаться на мерзкий вкус одного из творений Северуса, хотя кашлял и отплевывался, пытаясь проглотить лекарство.
Скула Гарри кровоточила с момента прибытия в госпиталь – очевидно, аппарация и каминная сеть отменили действие примененных ранее целительных заклинаний. Теперь же, под действием подходящего зелья, рана снова начала заживать, кожа срасталась, оставляя тонкий шрам.
Состояние руки тоже постепенно улучшалось, хотя от одного вида выпирающей под неловким углом кости по коже пробегали мурашки.
Северус поморщился. К сожалению, бывают случаи, когда даже самые сложные зелья не заменят компетентного колдомедика.
– Я убил Беллатрикс, – выдохнул Гарри, начиная дрожать – но уже не от холода. – Я… о, боже…
Теперь озноб бил уже Северуса. Гарри попал в лапы к Белле? Его Гарри? По многочисленным сборищам Упивающихся он прекрасно помнил о жестокости ведьмы. Та обожала пытки. Дышала ими.
Беспокойный взгляд голубых глаз Альбуса на миг встретился с взглядом Северуса, однако в его обращении к юноше слышались лишь забота и доброжелательность:
– Успокойся, мой мальчик. Никто не посмеет обвинить тебя в применении непростительных в данных обстоятельствах. Я лично приму меры, чтобы министерство…
– Нет, нет, – лицо Гарри лихорадочно пылало. – Никаких заклятий. Я не мог. Она отобрала палочку.
– Это неважно, – успокаивающим тоном отозвался Альбус.
Внезапно глаза Гарри наполнились слезами.
– Важно! Очень! Я же у-убил человека!
Северус опустился на колени – теперь его лицо было на одном уровне с лицом Гарри – и заговорил как можно убедительнее:
– Не думай об этом, сейчас не время. Мы обсудим это после. Сейчас я хочу знать, что у тебя болит, кроме руки.
Тактика Северуса оказалась успешной. Вроде бы Гарри перестал переживать по поводу совершенного убийства и задумался об ощущениях собственного тела.
– Отличное зелье, – наконец сделал вывод он.
– Что у тебя еще болит, Гарри? – настаивал Альбус. – Тебе нужно будет все рассказать Поппи.
Было заметно, как юноша сглотнул, зеленые глаза потемнели. Благодаря зелью, они больше не были налитыми кровью.
– Э… ну, кажется, все уже вылечилось. То есть все, кроме руки.
Он бросил взгляд на открытую дверь, словно опасаясь появления оттуда Беллатрикс. Лишь затем, приободрившись, продолжил:
– Ну, Crucio. Она часто его применяла. Наряду со многими другими проклятиями.
У Северуса уже давно возникло ощущение, что Гарри о чем-то умалчивал. Теперь же, когда он смог как следует рассмотреть юношу, то все понял. Сзади джинсы Гарри пропитались кровью, и были заметны тонкие отметины – которые уже почти зажили – продолжавшиеся выше талии.
Она его порола.
Она порола его Гарри.
Северус разрывался между удовлетворением оттого, что Беллатрикс Лестранж была уже мертва, и нестерпимым желанием остаться с ней один на один на продолжительный период.
Осторожно, словно ожидая сильной вспышки боли, Гарри медленно перекатился на спину. Казалось, боли почти не было – юноша с облегчением выдохнул.
Сломанная рука, неуклюже изгибаясь, покоилась на кровати, Гарри устало закрыл глаза.
– Когда вернется мадам Помфри?
– Скоро, – пообещал Альбус, гладя Гарри по голове. Северуса обуяло желание оттолкнуть мага. Это его место, это он должен успокаивать любовника. Однако в любой момент могла вернуться Поппи, и демонстративное проявление дружелюбия к Гарри Поттеру вряд ли сейчас было в интересах Северуса. «Все было бы иначе, останься мы наедине», – угрюмо подумал он.
– Возможно, тебе лучше находиться в бессознательном состоянии, когда она станет работать с твоей рукой, – проявил позволительное в данных обстоятельствах внимание Северус. – Особенно учитывая твое злоупотребление анестетическими чарами ранее – вряд ли они будут сейчас эффективны.
Гарри обеспокоено кивнул.
– Ну да, меньше всего я хочу видеть, как мне вправляют кости. Э… ладно, – его голос звучал все тише. – Сон без сновидений? Знаешь, мне все время снится… – Он замолчал, но Северус смог без труда закончить фразу.
Беллатрикс.
– И я даже не спал как следует, – сглатывая, продолжал гриффиндорец. – С четверга. То есть Дерсли оставили меня утром в покое, и я пытался уснуть, но парацетамол почти не помогал…
Северус призвал необходимую склянку и отмерил дозу.
– Твоих родственников следует четвертовать. Медленно.
