Северус чуть отстранился и приподнялся, чтобы достать палочку. Одним взмахом он очертил в воздухе арку. Мерцающая поверхность зеркала возникла в воздухе.
- Готов ли ты взглянуть сейчас?
Но Гарри вовсе не был к этому готов! Нет, не из-за страха перед возможным уродством. По реакции Северуса он понял - ничего страшного с его внешностью не случилось. Ему почти хотелось, чтобы шрам действительно оказался безобразным. Потому что тогда мужчина перестал бы его хотеть, правда? Ведь Северуса в Гарри, главным образом, привлекала внешность. Сам юноша не считал себя красавцем, но Северус явно придерживался иного мнения.
Разумеется, было бы глупо желать, чтобы Северус теперь счел его отталкивающим. Для успешного проведения ритуала Северус должен обязательно испытывать к Гарри сексуальное влечение. Да и вообще, не интересуй он зельевара в этом смысле - не видать юноше ни слияния сил, ни силы, отданной Волдемортом Северусу, как своих ушей. Тогда у них бы возникла проблема. Настоящая проблема.
Ниточка, на которой висит его жизнь, может оборваться в его день рождения, потерпи ритуал фиаско.
Итак, теперь Гарри разрывался между страхом при мысли о сексе и осознанием того, какой дорогой ценой он может расплатиться за этот страх.
«Иногда, - угрюмо пошутил про себя он, - действительно, быть Гарри Поттером - хорошего мало».
- Гарри?
Ах да, сотворенное зеркало... Северус ожидал, что Гарри на себя посмотрит, и юноша неохотно подчинился.
Никаких сюрпризов: все было не так уж плохо. Целебное зелье Северуса аккуратно залечило рану. Оставался лишь тонкий, чуть зарубцевавшийся бледный шрам на скуле, который, казалось, появился там давным-давно.
- Ты по-прежнему очень привлекательный молодой человек, - бархатным голосом произнес Северус. - То, что сделала Беллатрикс, ничего не меняет.
Гарри поежился. В этом голосе слышалось желание. Или же Гарри просто так показалось. Так или иначе, мысль о том, что Северус мог возбудиться, вызвала легкую тошноту.
Он попытался скрыть свою реакцию остротой:
- Да ну, я уже давно свыкся со шрамами, так что одним больше, одним меньше - не имеет значения.
- Возможно, поэтому ты не попросил бальзам. Ты привык думать о шрамах, как о чем-то постоянном.
Гарри моргнул. Да, наверное, так оно и было.
- Погоди, ты намекаешь, что от них можно избавиться?
Усмехнувшись, Северус извлек из кармана небольшой квадратный флакон.
- Вот именно.
- Мы не проходили никаких устраняющих шрамы препаратов у тебя на зельеварении. Ну, то есть до того, как ты меня оттуда вышвырнул.
- Фактически, это бальзам от синяков, - холодно объяснил Северус. - Я провел большую часть сегодняшнего утра, изменяя его формулу. Теперь бальзам применим и к шрамам.
Он что, рассчитывал на благодарность? Что ж, в таком случае, зельевара ожидало жестокое разочарование. Ведь избавление от шрама на лице сделает юношу еще более привлекательным в глазах мужчины. На самом деле, бальзам был не для Гарри, верно? Он был для Северуса, чтобы тот мог получать удовольствие от того Гарри, к которому привык.
Только Гарри уже не был таким, как раньше. И больше никогда не будет.
Только нельзя, чтобы Северус догадался, что изменило гриффиндорца. Он не должен ничего заподозрить. Сознавая, что должен вести себя как обычно, Гарри с усилием подавил поднимающийся гнев.
- Спасибо, - пробормотал он, протянув руку. - Я воспользуюсь им позже.
- Бальзам втирают, пока он свежий, - Северус уже вытаскивал из флакона пробку. - Еще час, и мне придется готовить новый.
- Ладно.
Гарри потянулся за флаконом, но Северус не выпустил его из рук.
- Шрам почти достигает глаза. Зажмурься, я все сделаю сам. Если ты не возражаешь.
На самом деле, Гарри возражал. «Но это будет что-то вроде поцелуев. Без намеков на секс», - успокоил себя юноша. Затем откинулся на спину и обхватил себя руками вокруг талии, выжидая.
- Закрой глаза, - посоветовал Северус. От холода в его голосе не осталось и следа.
- Ах да.
«А у бальзама запах озера», - отметил Гарри, когда Северус стал массировать ему висок. Прозрачная вода, окруженная летней травой. Приятно умиротворяющая прохлада проникала в поврежденные ткани, словно нашептывая: все будет хорошо. Или же его так успокаивало прикосновение Северуса. Гарри давно заметил, какие чуткие и талантливые у зельевара пальцы, но он понятия не имел, что Северус будет прикасаться к нему с такой осторожностью.
- Вот и все. Присядь и взгляни в зеркало еще раз.
- Хм?
- Когда мы закончим, можешь поспать. Но если ты слишком устал, ничего страшного. Просто перевернись, и я займусь остальными шрамами, а потом отдохнешь.
“Перевернуться, чтобы он занялся остальными шрамами?” Сонливости в Гарри как ни бывало. Он распахнул глаза и чуть отстранился.
- О, не беспокойся. То есть те, другие, они не возле глаз. И не такие серьезные, как вот этот, - нес чепуху он. - То есть шрамы от ножа гораздо хуже, чем от... кнута.
