За последний год дело просто расцвело, деньги так и текут к нам в руки, а это значит, что ты, наконец, можешь начать получать свои дивиденды. Нам бы никогда не удалось открыть магазин без твоей помощи, так что ты имеешь право на долю всех наших доходов. Твоя прибыль находится в сейфе, который мы открыли специально для тебя — наверняка тебе будет удобно иметь отдельное хранилище для этого. К тому же гоблины не разрешили нам вносить средства в твой старый сейф. Как бы то ни было, сейчас все улажено, и Джинни передаст тебе ключ, когда начнутся занятия. Да, и поздравляем с новой должностью!
Счастливого дня рождения, Гарри!»
Гарри потряс головой. Он всегда полагал, что та тысяча галеонов была подарком и ничем больше. И совершенно не планировал становиться партнером в чьем-то бизнесе. Он никогда даже не заикался об этом.
К тому же, ему не позволялось иметь собственный доход, не так ли? Он должен зависеть от Северуса. Во всем.
Вздохнув, Гарри сунул свиток обратно в руки клоуна. Зачем близнецам понадобилось все это? Теперь ему нужно будет поговорить с братьями насчет перевода денег на Северуса, а Гарри пока что не хотелось ни с кем делиться подробностями своей личной жизни. Он мог бы сказать близнецам просто оставить все себе, но они ведь наверняка не послушают. По крайней мере, потребуют достоверного объяснения.
Гарри подумал, что стоит обратиться за советом к Северусу. Возможно, существует какой-то способ автоматически переводить все, что попадает в его новый сейф, на счет Северуса. Что-то вроде того, как зарплата Гарри на самом деле будет перечисляться зельевару. Поскольку, по всей видимости, Северус не собирался обедать, Гарри решил поговорить о возникшей проблеме за ужином.
Прикоснувшись палочкой к столу, Гарри попросил эльфов завернуть ему с собой бутерброд. Как только еда появилась, он взял сверток и пакетик с семенами от Невилла и направился в сторону теплиц.
Пятница, 31 июля 1998, 13:58
«Готово», — подумал Гарри, утрамбовав землю над последним семечком. От семян исходил немного затхлый запах, поэтому он не был уверен, что они прорастут, но если в сентябре здесь действительно распустятся цветы, как говорилось в открытке, то это будет приятный сюрприз для профессора Спраут.
Гарри вышел из теплицы, нашел удобное местечко в тени и устроился на земле.
Это началось, как только он развернул свой бутерброд. Он не почувствовал, но увидел, как его пальцы мелко задрожали. Странно. Скорее всего, аллергическая реакция на семена. Если подумать, они пахли плесенью, наверняка с ними было что-то не то.
Гарри сделал глубокий вдох. Хорошо, что он не стал задерживаться над грядкой. Наверное, стоит поесть — в последнее время он страдал отсутствием аппетита, и это могло усилить реакцию. С некоторым трудом Гарри удалось поднести бутерброд ко рту, но он успел откусить всего один маленький кусок перед тем, как дрожь усилилась, и хлеб попросту выпал у него из рук.
Решив не поднимать его, Гарри встал на ноги. Кошмар, теперь руки тряслись целиком, словно у уличного рабочего с отбойным молотком. Тем не менее, Гарри все так же ничего не чувствовал. Если бы он закрыл глаза, то и не понял бы, что не так. Но все же он отчетливо видел, что что-то происходит.
Это было ужасно, просто ужасно. Как будто кто-то другой контролировал его тело.
«Волдеморт», — промелькнула у Гарри паническая мысль. О боже, так вот что это! Атака началась, а он ошивается около теплиц! Почему он думал, что в такой день можно запросто позволить себе прогулку на свежем воздухе?!
Гарри бросился бежать, а его руки при этом описывали широкие круги, и со стороны это смотрелось так, словно он сошел с ума.
К тому моменту как он достиг главных ворот замка, дрожь распространилась и на грудную клетку и на шею. Гарри с трудом видел, в какую сторону бежать, из-за того, что голова самопроизвольно дергалась то в одну, то в другую сторону. Но опять же, Гарри не чувствовал дрожи, просто знал, что это происходит.
«Северус, — попытался выкрикнуть он. — Дамблдор! Кто-нибудь!»
Он подумал, что дрожь, наверное, охватила и внутренние органы. Гарри не мог заставить свои голосовые связки повиноваться, не мог даже пошевелить губами. И внезапно осознал, что дышать ему тоже удается с трудом. У него уже кружилась голова, хотя пробежал он совсем немного.
Гарри с ужасом понял, что больше не может сделать ни шагу. Ноги ему больше не подчинялись. Он споткнулся и упал, а его конечности начали трястись так сильно, что попытка подняться завершилась полным крахом. В отчаянии Гарри сделал единственное, что пришло ему в голову — дернулся всем телом в сторону лестницы, что позволило ему скатиться на один пролет, а потом на другой, и в результате он, сотрясаясь уже всем телом, врезался в дверь кухни.
«Добби», — так же безуспешно попробовал позвать Гарри. Он сделал усилие и немного сдвинулся, чтобы дергающиеся во все стороны руки и ноги били по портрету на двери кухни. Не было никакой надежды, что ему удастся встать и пощекотать грушу на картине, но если производить достаточно шума, может быть, кто-нибудь услышит...
