Поппи скрылась в кладовой и скоро вернулась, неся большой пластырь. Не чувствуя боли, Гарри совершенно забыл про свою руку. Неприятные ощущения вернулись, только когда он взглянул на ладонь и увидел, как сильно волшебная палочка ободрала кожу.
О, так-то лучше. Видимо, пластырь был пропитан целительной настойкой или еще каким-нибудь лекарством, а может, нес в себе частичку магии. Стоило наложить его, как боль в руке начала стихать.
— У тебя есть еще ранения, Гарри?
— Нет. Но все равно спасибо, — юноша секунду помолчал. — Эээ... простите, что накричал на вас. У нас замечательный госпиталь, и мы все благодарны вам за это.
Поппи снова похлопала его по плечу, и на этот раз Гарри не отдернулся.
— Мне показалось, вы ждали нас, — продолжил он, немного подумав. Ведь Поппи даже не было в Хогвартсе, когда все начиналось. — Или не нас, кого-то другого. Вы решили не ехать в Милан на каникулы?
— Я была там, вернулась вчера по просьбе Альбуса. Но осмелюсь предположить, что все равно незамедлительно примчалась бы, увидев заголовки утренних газет. Дамблдор в плену... нетрудно догадаться, что без проблем после такого не обойдется.
У Гарри мелькнула мысль, что даже в итальянских газетах сообщили о его исчезновении, ведь Альбус — такая важная фигура, но нет, не может быть. Директор отправил письмо только в редакцию «Пророка». Значит, издание доставляется по всему миру.
Юноше уже сложно было соображать — очевидно, стресс, беспокойство и усталость после битвы брали свое.
— Он объяснил, что собирается делать?
— Нет, всего лишь приказал подготовиться к приему новых пациентов, — колдомедик заговорила тише. — Однако он упомянул о периодических приступах слабости у Северуса и попросил еще раз проверить все доступные источники, где пишут о вашем заклинании.
— Оно на наше, а мое. Я живу под его действием, — устало проговорил Гарри. Несколько месяцев назад он бы выплюнул эти слова, если бы вообще сумел произнести их перед кем-то, за исключением ближайших друзей. Теперь он к этому привык. А Поппи знала куда больше, чем когда-либо говорила.
— Оно действует на вас обоих, — возразила Поппи и снова повернулась к кровати больного, взмахнув подолом юбки. — В противном случае ты не смог бы использовать его магию.
Да, определенный смысл в этом есть, подумал Гарри. Северус выглядел уже лучше. Здоровый цвет лица к нему еще не вернулся, но мертвецкая серость ушла, а рот был закрыт. Сильнее всего о произошедшем напоминала разорванная одежда, на которой не осталось ни единой пуговицы. Почему-то именно отсутствие привычного длинного ряда пуговиц больше всего бросалось в глаза Гарри. Он обратился к Поппи:
— У вас нет пижамы или ночной рубашки? Я хочу помыть его и переодеть.
— О, я позабочусь об этом...
— Нет, я сам, — прервал ее Гарри. — Я сам хочу. И не волнуйтесь, я не буду использовать магию.
Поппи принесла все необходимое и удалилась в свой кабинет, плотно прикрыв дверь. Гарри снял с Северуса остатки одежды и обтер его влажной губкой. Пусть даже зельевар не мог ничего сказать, Гарри все же надеялся, что после процедуры, облаченный в чистую ночную рубашку, тот почувствовал себя лучше. Причесав волосы Северуса, юноша подоткнул вокруг него одеяло и уселся рядом на стул — наблюдать и ждать.
Через некоторое время в открытой двери лазарета показался Альбус.
— Как он?
Гарри поднял на него слезящиеся от усталости и беспокойства глаза.
— Еще не пришел в себя, но Поппи клянется, что с ним все будет в порядке. Спасибо, что не дали мне снова колдовать. И за портключ тоже спасибо, если бы не он, мне пришлось бы аппарировать. Такой большой расход магии мог бы... короче, ничего хорошего из этого бы не получилось.
Альбус легко коснулся щеки Северуса — движение напомнило Гарри, как директор прощался с умирающим Волдемортом. С другой стороны, Северус тоже учился у Альбуса. Как и Гарри.
Директор просто заботится о своих учениках, неожиданно догадался юноша. Даже о тех, кто пошел по плохому пути.
— А как ты сам? — мягко спросил Альбус. Взмахом руки призвав кресло, он поставил его рядом со стулом Гарри, чтобы они оба могли видеть Северуса.
— Я в порядке. Рад, что все закончилось. А там? Ну, все под контролем, с этими?...
— Да, конечно, всем занимаются авроры.
Гарри сглотнул; что-то внутри него всколыхнулось при мысли об этом. Он так хотел быть аврором! Но теперь... нет. Нет. Он не собирался посвящать жизнь борьбе со злом. Северус наверняка мог бы устроить это... он уже доказал, что если речь идет о работе, то обойти запреты Cambiare Podentes вполне можно. И все же, у Гарри было ощущение, что он и так с самого поступления в Хогвартс только и делал, что выполнял аврорскую работу. С него хватит.
Однако он должен был спросить:
— А все эти Упивающиеся? Они в Азкабане?
— Ожидают суда.
— А Волдеморт? Он правда мертв?
— Да, — Альбус улыбнулся, но его улыбка был грустной. — Мертвее не бывает.
— Мне тоже придется участвовать в заседании? — Гарри нервно сглотнул. — Вы с Северусом об этом ничего не говорили, но я и сам знаю, что технически многие заклинания незаконны...
