У девушки хватило смелости встретиться с ним взглядом – в ее глазах читалось осуждение. Затем она выскочила за дверь вслед за Гарри.
Мистер Уизли, как заметил Северус, все это время следил за спором друзей как за магической дуэлью – постоянно переводя взгляд с одного ее участника на другого. По мере того как разгорался спор, он выглядел все более расстроенным и один раз даже встрял – сказал что-то мисс Грейнджер и накрыл ее руку своей. Она какое-то время терпела это прикосновение, но стряхнула его ладонь, когда вскочила и устремилась за Гарри.
И Рональд Уизли позволил ей убежать – словно до сих пор не понял, что между этими двумя явно установились романтические отношения – это если уж совсем мягко выражаться. И словно не знал, что после подобной ссоры, при таком накале страстей, любовники вряд ли достигнут примирения с помощью обычного поцелуя.
Вряд ли? Северус тоже был когда-то молод – и, хотя его не привлекали юные дамы, принципы оставались теми же. Подобные стычки, на почве сердечных драм… Все они вели только к одному.
Подхваченный волной вскипающей ярости, Северус стремительным шагом направился из Большого Зала к лестнице, ведущей в Гриффиндорскую башню.
Северус не думал о том, что скажет, когда застукает их вместе, – его больше заботила необходимость успеть их поймать, пока Грейнджер не положила конец решимости Гарри блюсти воздержание. Он прекрасно представлял себе эту картину: искаженное яростью лицо Гарри, пульсирующие жилки на висках, свернутое в тугую пружину тело, ищущее выход гневу… О да, Северус прекрасно знал, как легко – и как соблазнительно – переплавить эти чувства во вспышку страсти, выплеснуть гнев в урагане сумасшедших толчков.
Он очень живо представлял себе все это, пока поднимался по лестнице, торопливо перешагивая длинными ногами через три ступеньки за раз, – и неожиданно наткнулся на спускающегося навстречу Гарри. Юноша был один, с «Молнией» в руке.
Северус окинул его невысокую фигуру внимательным взглядом, не упуская ни единой детали. Прошло всего несколько минут с тех пор, как Гарри покинул Большой Зал, и большую часть этого времени у него должен был занять путь до башни и обратно. Волосы Гарри были не растрепаннее обычного, одежда выглядела так же – вплоть до мерзкого жирного пятна на стройном бедре. Заметив учителя пролетом ниже, юноша посмотрел на него прямым, бесхитростным взглядом. Хотя тело Гарри и напряглось немного – но не от чувства вины, как понял Северус, а, скорее, от волнения и обеспокоенности. Вообще-то, это было довольно забавно. Ведь вчера в комнатах Северуса они не занимались ничем таким, что могло бы вогнать в краску, – и между тем, Гарри просто пылал, когда Северус, поднявшись на несколько ступеней, поравнялся с ним.
Северус внезапно почувствовал себя несколько глупо – получается, он зря гнался за Поттером: тот совершенно не собирался позволить Грейнджер вовлечь его в действия, которые подвергли бы опасности проведение ритуала Podentes. Вместо этого Гарри решил пойти полетать, чтобы избавиться от гнева и напряжения. Способ, конечно, детский, но явно предпочтительней первого варианта.
– Э… Я перепутал расписание, профессор? – спросил Поттер – тихо, практически шепотом, предварительно оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не слышал. Юный глупец совсем позабыл о проклятых портретах, которые внимали всему, что происходило в коридорах, и обожали сплетничать. Северус пытался было убедить Альбуса в том, что некоторым из них определенно нельзя доверять, особенно сейчас, во время войны, но тот, со своим вечным блаженным выражением, в ответ только щебетал о чудесных новых сладостях, изобретенных близнецами Уизли
– Расписание не изменилось, – скованно ответил Северус.
– Расписание? Интересно, что это у них должно быть по расписанию? – раздался хихикающий голос с нарисованной арены цирка позади Гарри. Вопрос задал размалеванный клоун, крутившийся по картине колесом.
– Дополнительные занятия, – проворчал Северус, чтобы заткнуть его. Нельзя было позволить расползтись по всему замку слухам о том, что профессор Снейп составляет для Гарри Поттера какое-то загадочное расписание.
Гарри побледнел.
– Извините, – пробормотал он, протискиваясь мимо Северуса и даже слегка отпихивая того в сторону, и с неестественно прямой спиной продолжил спускаться по лестнице.
Северус тихо выругался и, взмахнув полами мантии, направился в подземелья.
За обедом все повторилось. Северус пытался не смотреть в сторону Гарри, но позорно не удержался; Гарри опять ел руками и ругался с мисс Грейнджер. Правда, на этот раз он, похоже, рассердился еще больше – схватил тарелку и прямо с ней выскочил из зала. Мисс Грейнджер предсказуемо отправилась за ним, а мистер Уизли – так же предсказуемо – остался за столом, набивая рот едой. На этот раз он даже не пытался вмешаться в спор – и не старался их удержать, когда они убежали.
