В 1934 году Юсуповым удалось выиграть судебную тяжбу с кинокомпанией «Метро Голдвин Майер», которая выпустила картину «Распутин – сумасшедший монах». Юсупову удалось доказать, что одна из главных героинь фильма, изнасилованная сумасшедшим монахом Григорием, похожа на его жену Ирину. Кинокомпании пришлось выплатить супругам Юсуповым за оскорбление 25 тысяч фунтов стерлингов. Кроме того, князь Юсупов опубликовал несколько книг о Распутине, воспоминания о котором в голове князя не выцветали от времени, а, напротив, раскрашивались во все в более сочные цвета.
Все больше свидетельств «святых и пророков», все больше дьявольщины и бесовщины.
То Елизавета Федоровна, сестра государыни, убитая большевиками и канонизированная зарубежной православной церковью, свидетельствует против Распутина пером «своего Маленького Феликса» о том, что в ночь убийства к ней пришли монахини рассказать, что во время всенощной слуги божьи «были охвачены безумием, богохульствовали и вопили, голося, как кликуши, и задирали юбки с непристойными движениями.
То некая «ялтинская блаженная старица Евгения» сказала Юсупову, что он не должен мучиться совестью, ибо как Георгий Победоносец убил того, кто был орудием дьявола. Что убитый Распутин в теперь аду и очень благодарен Феликсу, поскольку убив его, Феликс сохранил мужика от еще больших грехов! И что именно он, Феликс Юсупов, переживет многих Романовых и поможет возрождению России, ибо он начал, ему и закончить!
Эти эпизоды приятно разнообразили каждое последующее литературное творение Феликса Юсупова, смягчая некоторую монотонность приевшихся книжек «о черте Гришке, о Николае безголовом, тупом и бестолковом, об Алисе-немке, что снимала с русских пенки, о министрах-предателях и всех придворных обитателях».
Убийство Распутина оказалось самым прибыльным предприятием князя Феликса Юсупова и исправно помогало ему, облегчая материальные затруднения на чужбине. Феликс Юсупов не раз утверждал с улыбкой, что убитый Распутин – его «сохранитель».
В 1967 году князь Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, известный всему миру как «человек, убивший Распутина», умер.
(79) Судьба Пуришкевича.
В первые же дни Февральской революции монархические союзы и правые партии прекратили свое существование. Владимир Пуришкевич, единственный из правых, не сдался без боя. В семнадцатом году он занялся созданием подпольной монархической организации и стал готовиться к вооруженному восстанию в Петрограде. Разрабатывал планы покушения на Владимира Ленина и Льва Троцкого. Он собирался «вмешаться в борьбу против большевиков, одержать победу и при победе не выпустить власть из своих рук в руки кого бы то ни было».
Планам Пуришкевича не суждено было сбыться. Заговор был раскрыт, и «твердокаменный монархист» предстал перед Петроградским революционным трибуналом. Как ни лавировал Пуришкевич в последние дни империи среди политических течений и поветрий, а в 1917 году он оказался не нужен ни Временному правительству, ни большевикам. Временное правительство отказало ему в просьбе о назначении его начальником санитарной службы армии, а захватившие власть большевики отправили в Трубецкой бастион Петропавловской крепости. Пуришкевич был осужден на год тюрьмы. Готовясь к суду и составляя конспект своей защитительной речи, припоминая всю свою бурную жизнь, он осознает: убийство Распутина – его самая верная индульгенция перед судом любого режима!
И осознав это, он уже никогда не отречется от своего «почетного звания» и напишет в сыроватых стенах своей камеры под номером 42 возвышенную оду о себе – жертвенном патриоте – убийце Распутина.
