Casus cancer полностью

Попив и приноровившись дышать – а жизнь-то налаживается! – подумал, адресуясь пространству палаты: «Теперь – Хрен вам!» (Именно «Хрен»!). А каким, собственно «вам» – с «хреном» все более или менее ясно… А, не знаю, – Хрен – и все! (смайлик). Это уплотнило – злость твердит…

Совершенно не согласен с формулировкой «время тянется» нет, в моем случае, оно просто стояло – возненавидел часы напротив!

Ночь прошла в полузабытьи, прерываемом моим водопоением. (смайлик).

Персонал что-то время от времени слушает во мне.

Составил индивидуальный План действий. Почему-то он получился совсем коротеньким: п.1 – уехать домой, в палату!. П.2 … его не оказалось…

Утром пришел врач. Сел на кровать. Предложил сжать ему ладонь – это важный сигнал для выемки из меня какого-то дивайса – не помню уже, какого, но ужасно дискомфортного.

Собрал всю свою силу – думал еще, что сейчас чуть ли не сломаю врачу ладошку – и… не смог даже пошевелить пальцами!… Врач понимающе улыбнулся, и ушел, оставив меня, не мало озадаченного…

Индивидуальный план существенно поменялся… Появился п.2, поднявшийся на первое место – сжать врачебную ладошку!

Разрабатываю пальцы. Не разрабатываются. В итоге, через несколько часов, во время повторного визита врача, его ладошка, наконец, еле-еле сжата – подумал еще: «Черт! С такими показателями Паскалей возьмет – да и уйдет опять! На несколько часов – жди его!…»

Но нет, этого ничтожного давления оказалось достаточно для моего «обездивайсовывания»! Первый зримый результат!

А ближе к полудню дня загрохотала каталка – домой!

И вот я – дома! Скуки по ребятам не было – только по моей койке. В моей палате! (ни тени иронии). С трудом перебираюсь на койку. Отключаюсь…

Позднее, в палате я обнаружил еще одно «радостное» обстоятельство – пакетик на боку – оказывается, меня еще и стомировали! Да, полная веселуха! (смайлик). Но это – потом, а пока…

…Как же хочется курить! Место для курения – на улице. У входа. Яснее ясного, что просто не дойду! В Склифе – строжайший запрет на курение и на выход на балконы – бывали случаи сведения счетов с жизнью… Меж тем, на улице – апрель. Окна расконсервированы. И я – в нарушение всех регламентов – а что делать-то! – выползаю на балкон покурить. Выкурив подряд две сигареты, вползаю обратно в палату. Слабость вкупе с никотином ударили в голову.

Палата вдруг враз прекратила разговаривать! – ребята, округлив глаза, уставились на меня. Видел бы я это, находясь в другом состоянии – покатился бы со смеху! Но мне не до этого – лишь отметил мимику палаты – мне бы просто дойти! Дошел! (смайлик) Упал в койку – эх, где же ты, моя реанимационная роскошь! (смайлик)

…После операции, когда меня выписали на химию с жестким предписанием начать химичиться не позднее двух месяцев после выписки, я, глупый, какое-то время не мог понять, почему же меня не «собрали» тогда, в апреле, а сделали это лишь спустя почти год, в январе 20-го (успел же до Ковида! (смайлик)). Ответ пришел сам собой. Чудовищно-циничный. А зачем меня «собирать» – тратить время, ресурсы, занимать палатоместо, пр., когда не ясно, как все повернется – даст ли химия результат и не «загнусь» ли я от самой химии? (смайлик). (По статистике, 20-25% больных химию просто не выдерживают…). Это взбодрило еще больше (смайлик).

…Через 9 месяцев заехал снова – на «сборку». Предлагали на 21 января – но Случай Ильича заставил заехать 22-ого – такими вещами не шутят! Операция – На следующий день.

…Итак, я снова на Столе! Меня готовят к операции. Настроение – как у участников Первомайской демонстрации – только кофе с коньячком не хватает! (смайлик). Нервное напряжение – явно меньше, чем в тот раз! Заранее, опираясь на прошлый опыт, продумываю План выхода в реанимации… Чтобы скрыть нервный озноб, пытаюсь шутить… Кругом – молодые оперсестры, а я, голый, да еще дергаюсь на Столе! (смайлик)

Шутки, по-моему, «заходят» – девчонки, продолжая звякать инструментами, улыбаются…

Уже зная правила, предлагаю подошедшей Сестре снятый крестик намотать на запястье. Снимает и наматывает…

Помню, прежде чем уйти в наркоз – уже стали водить знакомыми круговыми движениями маской над носом, попросив приостановить Процесс, рассказываю последнюю шутку – как нельзя более уместную – наш Ю.А., отправляясь, сказал свое знаменитое «Поехали!». Первый же американский астронавт – Алан Шепард был более прозаичен – перед самым отрывом он произнес незабываемые… Don’t fuck up, Alan, don’t fuck up!15 – Шепард был более реалистичен… (смайлик)

Маска прилегла к носу-рту и я вновь улетел в завертевшийся потолок операционной…

РЕАНИМАЦИЯ

Дежавю…

…Очнулся в реанимации… (смайлик). В полукоматозе… В той же огромной палате. Почти на том же месте, что и в прошлый раз!

Дело – не ново…

Вечерело…

…Противно, с равными интервалами пищат аппараты жизнеобеспечения – в огромном помещении нас пятеро.