Да, Склиф – это
Склиф – это
О драмах и трагедиях мы уже поговорили… Теперь, для разгрузки, о комичном…
При входе в Склиф, в Бюро пропусков, висит объявление: «
Позже, когда уже смог ходить, мы с Саней (привет тебе!) – соседом по койке – он из Бирюлево – стремный дистрикт! – проникающее ножевое в живот – покурив, заходим в лифт….
В него уже вошла такая необъятная тетка – на лице написано: «У обладателя сего – неполное начальное…», а с ней – мальчонка лет 10-ти… Уже немного зашуганный – видать,
Я, во усиление терапевтического эффекта от бессовестно поруганного толстухой Объявления, вальяжно так, неприхотливо, расстегиваюсь… Обнажаются торчащие из моего худющего тельца медицинские дивайсы… У мальчика округляются глаза от ужаса. Мама (это мама ль?) – оберегающе так… прижимает его лицом к себе, закрыв голову мальца руками…
Ничего! Мальчонке еще повезло – он «космонавтов» не видел! – так я называл пациентов с перебитым желчным пузырем (?) – они таскают за ручку полупрозрачный пластмассовый чемоданчик, наполненный темно-желтыми продуктами жизнедеятельности, патрубок из которого идет им в живот – ну, реально – космонавт с чемоданом жизнеобеспечения! – плюс, еще, естественно, торчащие черт знает откуда окровавленные катетеры … Натуральный Хичкок! Даже мне не по себе…
С Саней – ножевое-в-живот – ходим погулять. По прилегающей территории. И за сигаретами – к «Проспекту Мира» – там, справа по ходу движения, в подвале, – классная табачка! (Привет тебе, Александр!).. Я называл это: «Ну что, Саня, сыграем во Франкенштейнов»? – из нас торчат трубки – у меня из шеи, из руки и живота + пакетик такой на боку – у Сани – … ну, в общем, тоже торчат…
Апрель. На нас больничные робы. Из нас торчат трубки. Мы бледные и отощавшие – в Склифе и так котловое питание, мягко говоря, «не ахти» как калорийное (в апреле с 78 похудел до 62! – нет худа без добра), а мы, «животники» – вообще сидим на
Встречные прохожие с ужасом шарахаются, как от зомби. А нам – веселуха – вот они, маленькие больничные радости! (смайлик)
У процедурной сестры как-то закончился материал – целлофановые пакетики – важнейшая вещь!
Мы с Саней идем на добычу – СПАР метров 200 как…
Ну, ессно, в робах… И с трубками… Заходим. Я – сразу в закассовую Зону – пакетики, как и везде, скатаны в рулоны, на кассах. Выбираю
Идем к выходу. А там уже слез со своего стула охранник. «Ребята, а вам не много ль?» Сделав стремную морду – блин, а
Две симпатичные девушки – «э-э-эх! Сейчас бы…» – операция – операцией, а либидо – либидом (смайлик) – оказались с нами в лифте.
– Вам какой? – тактично спрашиваю я у Красавиц…
– Восьмой.
– А, Отделение пердунов и засранцев (мы оттуда же)?
Девки – в смех! Вот и еще одной радостью больше! (смайлик)
Но были, конечно, и мрачные истории. Правда, с хорошим концом.
Мой
Как-то вечером прихватило. Сильно. Приехавшая скорая определила: «…» – уже запамятовал, что (прости, Серега), но что-то из разряда «Ну, это Вы съели что-нибудь». Что-там сделала и укатила…
Сереге все хуже и хуже. Повторный вызов. Слава Богу,
Вообще, послушав веселые истории, и прикинув их на собственный опыт, создается общее впечатление Ab Absurdo16 значительной части нашей «высокотехнологичной» медицины.
Меня несколько раз спасал Случай. Серегу, вот, Валеру – спасло то, что живет неподалеку – на Красных Воротах – пришел, как и я,
Но вернемся… Итак, приехала другая бригада, более возрастная – и поставила… совершенно
Не сомневаюсь, каждый пациент Склифа расскажет свои приколы, исходя из специфики контингента своего Отделения.
Во внутреннем дворе Склифа – напротив Архива и морга – стоит – все в решетках – здание Веселого Отделения – Отделения Токсикологии. На входе – Охрана – ни войти, ни выйти. Вот, думаю,
Почитав отзывы о Нем в Сети, не могу частью согласиться с рассказчиком (Игорь К.), проведшим в нем, как он пишет –