Внезапно сверху раздался оглушительный удар грома, и высоко в туманном небе послышался слабый свист. Чабор поднял голову и увидел, как, прошивая невиданным светом сырую пелену воздуха, падал вниз огненный сокол. В следующий миг страшный удар сорвал тушу пиявки с груди мальчика. Большая и сильная птица, спустившись на землю, стала неистово рвать черное отвратительное тело, разбрасывая зловонные желеобразные куски в стороны.
Затем сокол взмахнул крыльями, засиял, как само солнце, и исчез. Поднявшийся от взмаха его крыльев ветер гнал прочь колдовской туман, постепенно очищая небо. Страшные грибы, пронзаемые могучими лучами дневного светила, стали таять на ветру, словно снежные шапки. Они корчились, клонились к земле и, превратившись в черную зловонную массу, исчезали.
В лесу стало слышно слабое пение птиц, радующихся долгожданным солнечным лучам. Чабор все так же стоял в стороне и с болью смотрел на изуродованную черной пиявкой грудь лежащего без сознания того, другого Чабора.
– Пока еще рано, – сказал Голос. – Если вернешься сейчас, погибнешь.
– Но как быть?! – в отчаянии спросил мальчик.
– Будет лучше, если ты сам все исправишь, а я тебе помогу. Только не теряй времени.
Чабор тут же с горечью подумал о том, что наверняка уже ничего вернуть нельзя.
– Ты сможешь, – уверенно продолжал Голос, – прежде всего, ты должен понять, что у тебя сейчас нет тела, оно стало пустым. Его нужно заново наполнить жизнью. Прямо перед тобой дорожка, видишь?
– Вижу, – ответил Чабор, удивляясь тому, что на самом деле в лесу появилась тропинка.
– Лети над ней до Родника. Перед ним остановись и жди. Вскоре возле него появится прекрасная дева-легиня. Это Джива – Хозяйка Родника. Скажи ей:
Хозяйка тайн людских,
Легиня вод Светых,
Хранительница Божьих Сил!
Позволь искупаться в твоем Роднике…
Как только дева-легиня пустит тебя к воде, ныряй. Твое тело, а ты его сразу обретешь, станет прозрачным, потому что наполнится чистейшей водой. Выходи на берег. Джива даст тебе выпить очень горький напиток. Пей его. Все, до последней капли, что бы ни случилось – пей!
Трижды Хранительница Чаши Вечной Жизни будет подносить тебе кувшины с питьем: горьким, соленым и безвкусным, которое тебе покажется сладким. Все должно выпить, а как выпьешь, поклонись деве и возвращайся.
Чабор сделал все, как ему сказали. Когда он вернулся, то не смог узнать ту самую поляну возле болота. Вокруг росли цветы, светило солнце, и величие этого света просто невозможно было постичь.
Его прежнее тело лежало на пригорке и сияло.
– Я здесь!!! – закричал мальчик голосом, полным счастья.
– Здесь!.. Здесь!.. Здесь!.. – вторило ему эхо.
Последнее, что помнил Чабор, это безконечно великолепный Свет и блаженство его Великой Силы…
Прошло семь долгих лет с того самого дня, когда Чабор был на волосок от гибели. Многое изменилось с тех пор. В памяти возникали картинки далеких ныне дней, когда после его появления в Дïдовом Капище напасть за напастью сваливались на голову Атара. А после посещения их незваными гостями Чабору долго пришлось лечить грудь. Ее испещрили многочисленные чирьи и язвы. Прав оказался сайвок Таратор: не раз приходилось лекарю идти в лес на поклон к лесным жителям.
Тогда уходящего к дальней кромке леса старика провожал взглядом несчастный мальчик, а сейчас у окна Капища, глядя во двор на безконечно белый и чистый снег, стоял задумчивый юноша.
Ничего не осталось от неопрятного и сырого «вчера». Ушли в мир иной пес и кот, а новые котята и щенки почему-то больше не приживались. Сильно постарел Атар.
Чабор поднял взгляд к небесам. Ветер, выбившийся из сил за последние дни, где-то мирно спал, давая возможность легким, невесомым снежинкам свободно парить над окаменевшей землей. Странное, удивительное, а порой даже жуткое прошлое Чабора осталось лишь в воспоминаниях. Повзрослев, он относился к ним с большим трепетом. Конечно, о многом он знал лишь из рассказов Атара, но от этого былые события не теряли для юноши своей значимости.
Сейчас же, глядя на снегопад за окном, Чабор пытался вспомнить хоть что-то из своего детства. Все напрасно. С усилием он мог вызвать в памяти лишь неясный образ матери.
– Дедушка! – оторвавшись от окна, нарушил тишину Чабор, – я пойду в лес, слышишь? Смотри, как на дворе здорово, идем со мной.
Старик отвел взгляд от пергаментного свитка:
– Иди, Чабор, – ответил он со вздохом. – Оно и верно, негоже тебе, молодому, сидеть целый день дома.
– А ты? – спросил юноша, спешно взяв с лавки опашень и подпоясываясь.
– Куда мне за тобой? – махнул слабой рукой Атар. – Дай Бог найти силы, чтобы вокруг Капища обойти.
– Ладно ли так в старики рядиться, деда? Вот перемахнешь хотя бы век, тогда и скрипи, как Ивашова телега, а пока и думать не моги про старость.
