– Не параной, Залур, – успокаивающе произнесла Риш, пытаясь успокоить хранителя. – Мы сможем защитить и тебя, и Алазара.
– Издеваешься? – хранитель сорвался на визг. – С Рагором совладает только Триада, а ты заявилась ко мне ночью, когда помощи от них не дождешься! Дрянная девчонка. Твоими стараниями мы – трупы.
– Назови покупателя, и я костьми лягу, но защищу тебя.
– Плевал я на твои кости. Можно подумать, ты не знаешь, кто покупатель!
– Сакора или Мальд? – призрачный лис упрямо молчал, прижав к голове уши, и Риш продолжила уговоры: – На Сакору охотятся все стражи Андаунны, а Мальд ранен и не доберется до тебя в ближайшее время. Скажи, и мы спрячем тебя. Есть места…
Хранитель презрительно фыркнул, показывая, что думает об этих местах.
Залур и Алазар никогда не были трусами. Такие долго не живут на теневой стороне Андаунны, а они долгое время были чуть ли не её королями. И эта паника встревожила Риш.
Шерсть хранителя погасла, и он лег на диван, затравленно смотря на защитников.
– Впрочем, молчание ничего не меняет, мы все равно мертвецы. Покупателем была Сакора. Она пришла под личиной Оксары, ученицы архимага Олдрэна.
Над головой загрохотали огненные птицы – сегодня у Триады было очень много работы.
– А Мальд? – спросила чернокнижница, даже не обращая внимания на рев магических огней.
За столько лет она привыкла к этим представлениям. И по возвращении в Город очень быстро приспособилась вновь.
Залур собирался смолчать, но вдруг поднял голову на подопечного. Тот едва заметно кивнул, что-то мысленно сказав призрачному лису.
– Он тоже был там, – нехотя ответил хранителей. Лихорадочный огонек, мелькнувший в его глазах, очень не понравился Риш. – Но ничего не купил. Не захотел оставлять следов. Думаешь, почему мы так легко сдались защитникам? Вторая встреча с Рагором закончилась бы для нас смертью.
– Под чьей личиной пришел Мальд? – напирала чернокнижница, но взамен получила лишь хищный оскал хранителя.
– Ну уж нет. Ты не удивилась, когда я сказал, что Сакора – это Оксара. Значит, стражи и так это знают. А новое имя Мальда – мой единственный шанс выторговать жизнь. Можешь пытать меня, но я не скажу больше и слова.
Риш отчетливо поняла, что сейчас с ней говорил хтон, а не призрачный лис. Тот всего лишь подчинился приказу и послушно передал сообщение.
Чернокнижница вскочила на ноги и холодно отчеканила:
– Тьма, Алазар! Ты не хуже меня понимаешь, что Рагор не станет торговаться. Брось свои замашки и скажи мне, кто он?
Над ухом раздался тихий хлопок, и в руки Ришалин упал темный вестник Джеда. Сердце пропустило удар, и чернокнижница быстрым движением развернула записку. Пробежала глазами по кривым строкам, выведенным наспех, и почувствовала, как внутри все заледенело от дурного предчувствия.
– Нужно уходить. Срочно! – она одним движением уничтожила записку, лихорадочно придумывая, как им сбежать.
Сколько у них времени? Несколько минут, больше?
– Что случилось? – насторожился Савоор, создавая заготовку боевого плетения.
Тревога напарницы передалась и ему.
– За нами идет Мальд, – коротко ответила Риш, подскочив к окну. Выглянув на улицу, быстро осмотрела сигнальную сеть. Ничего. После них в дом никто не входил. – Алазар, бери Залура и уходим. На сборы времени нет.
Но хтон молчал, даже не думая сходить с места. Риш обернулась, впившись в него злым взглядом, но возмущения застряли в горле.
– Алазар? – севшим голосом произнесла чернокнижница, медленно отходя к напарнику.
Хтон не просто не двигался. Он замер, словно ледяная статуя, невидящим взглядом смотря сквозь чернокнижницу. Кочерга выпала из ослабевших рук, с тихим звоном упав на пол. Мгновение – и Алазар рухнул на пол, словно тряпичная кукла, у которой отрезали невидимые нити.
Но… как?! Чернокнижница не чувствовала всплеска темной магии!
От глухого стука Риш вздрогнула и медленно перевела взгляд на хранителя.
Шерсть Залура темнела на глазах. Искры растаяли в воздухе. Серебряный огонь погас, а вместо него глаза затянула мутная поволока. Хранитель медленно умирал на глазах Риш, а она оцепенела, не в силах сдвинуться с места.
Залур вздохнул в последний раз и осыпался пеплом. Так и не издав ни звука. А после него на диване осталась лежать только тонкая цепочка, от которой несло мощной темной магией. Вот только дух прятал её, не позволив заметить ни защитникам, ни чернокнижникам.
Проклятая вещь. Как у детей, которых подчинил и погубил Бездушник.
«Вот почему ты говорил, что уже мертв, – похолодела от догадки Ришалин. – Он заставил тебя надеть проклятую вещь. Но отпустил, зная, что будешь молчать. Пока с расспросами не появилась я. А когда ты понял, что он здесь, решил поторговаться. Как я и говорила, безуспешно…»
Нить, которая вела к Мальду, оборвалась.
– Боюсь, гроу Алазар уже никуда не пойдет, – послышался за спиной удрученный голос.
Чернокнижница резко обернулась, выставив перед напарником щит. Но его мгновенно смел поток зеленого пламени, отбросивший Савоора назад, к дивану с мертвым хтоном. Грауг попытался подняться, но следующий удар вжал его в пол, не позволяя пошевелиться.
