— Говорить о явных плюсах не буду, они очевидны, — обстоятельно продолжала тренер, — скажу о минусах. Первое: ощущение, что ты всё время думаешь о мяче, не думай, при точном распределении он сам придёт к тебе, не подглядывай за ним, это плохо смотрится с актёрской точки зрения, больше доверяй себе. Второе: шире тяни прыжок длинным шагом, шире, с твоими ногами это пройдёт очень эффектно и красиво, вспомни горную лань, мы же говорили с тобой. Третье: держи финал, хоп — и замерла, застыла, поймай равновесие, а то вся твоя «ласточка» чуть-чуть дрожит, ступня ходуном, точка нужна, прочная точка. Ладно, отдохни минут пятнадцать, потом пройдёмся ещё раз. Лена! Выходи! Быстро-быстро! — крикнула тренер рыжей девчонке.
Ольга встала с ковра, освободила место подруге, и на ходу они коротко хлопнули друг друга по рукам.
А девчонки, сидевшие на скамейке, от души подбодрили Ольгу, подняв большие пальцы вверх — класс!
В ответ она кисло улыбнулась, самокритично оценив своё выступление, взяла лежавший на стуле мобильник и вышла в коридор.
В коридоре прямо на глазах зажёгся верхний свет — за окнами уже заметно темнело.
Набрав номер телефона, Ольга нетерпеливо стала ждать.
— Алло! — оживилась она. — Костик, привет! Как вы там?..
В эту минуту я был очень «тёплым», и распознать меня не составляло никакого труда.
— Ольленька! — крикнул я, держа над ухом свой мобильник. — Ты ххде? Ты знашшь, скока щщас время?
Отец был тоже пьян, он сидел по ту сторону стола, на котором уже возвышалось две бутылки коньяка, и жадно тянул ко мне руку, ему не терпелось услышать мою жену.
— Костик! — звенел Оленькин голос. — Да ты, я слышу, вовсю плывёшь!
— Хто? Я? — и дурашливо улыбнулся отцу, подмигнув ему. — Да мы вдвоём плывёшшь! Как же нам не плывёшшь по такому поввводу?..
Лёгкая улыбка дёрнула Ольгины губы:
— Костик, я умоляю, вы далеко не заплывайте, вы пока посушите вёсла, я скоро приеду, и мы поплывём дальше все вместе!
— Хорррошо! — согласился я. — А ты хде, лубовь моя?!.
Отец не выдержал, перегнулся через стол, выхватил телефон и пробасил:
— Свет души моей, приезжай и соответствуй! «Без тебя темно и стыло, с тобою глыба льда заговорила»! Ты знашшь, скока щщас время?!.
— Знашшь! — передразнил Оленькин голос. — Полвина пятва!
— Во-о-о! — многозначительно протянул отец. — Полвина пятва! А у тебя в такой день и ни в одном глазу!..
Ольга упрекнула и в шутку, и всерьёз:
— Зато у вас — во все четыре глаза! Сушите вёсла, Юрий Семёныч, и прошу без меня за буйки не заплывать! Вам ясно?!.
— Ясно! Есть не заплывать и сушить вёсла! — покорно прокричал отцовский голос, и тут же снова спросил. — Нет, правда, а ты когда приееешь, душа моя?!.
Ольга резко закончила:
— Около семи! Ждите! Целую! — и дала отбой.
Она шагнула к стене и прижалась к ней спиной, откинув затылок, постояла так несколько секунд и скользнула вниз, присев на корточки, обхватила голову и о чём-то задумалась…
