— Не то слово! — согласился Роман. — Занят сегодня?
— Даже и не знаю. Хотел тут отъехать…
— Отъезжают только покойники! — парировал Ромка и усмехнулся, но очень-очень тихо.
— Смешно, — монотонно ответил я. — Уехать мне надо.
— Да понял я, не злись, пошутил.
— Так о чём ты хотел поговорить?
— В двух словах не расскажешь. Как твоя голова?
— Чего? — Я почувствовал, как адреналин живо побежал по телу, а сердце застучало сильнее.
— Нуу… — В этот раз он протянул «у» значительно дольше. — Не болит?
— Нет! — агрессивно воскликнул я. — А должна?
— Просто спросил.
— Просто спросил? — переспросил я не менее агрессивно.
— Блядь, Лёш, я реально не знаю, как тебе всё это объяснить, но надо что-то делать.
По двору быстро проехала машина и окатила «Форд» волной брызг. Капли воды с грохотом упали на железный капот. От неожиданности я дёрнулся в кресле.
— Кароч, можешь приехать по адресу сейчас? — продолжил Роман.
— Рома, что происходит? — значительно более спокойно спросил я.
— По телефону не объяснишь. Сложно всё. Очень. Ты приезжай, о’кей? И там поговорим.
— Если б ты знал, как меня всё это заебало, друг!
— Знаю. Поэтому и предлагаю встретиться.
— Почему я тебе доверяю, Ром? — спросил я, не найдя ответ на этот вопрос в собственной голове.
— Потому что каждый должен кому-то доверять. — Ответ друга выглядел вполне убедительным, хотя был и не по существу.
Мы оба вновь выдержали паузу в разговоре.
— Хорошо, — согласился я, — давай тогда вечером пересечёмся. Сейчас только отъеду… — Я вздрогнул. — В смысле, съезжу кое-куда и вернусь. Спать же явно не ляжешь.
— Не езди к Ленке! — парировал Роман.
— Почему? — с полноценным удивлением спросил я.
— Смысла нет. Ничего не изменится.
— А что должно измениться?
— Всё должно, друг, всё! — голос Романа был твёрдым.
— Я ни хрена не понимаю!
— Слушай, — твёрдость Ромкиного голоса покрылась налётом отцовской настойчивости, — тебе всё объяснят и расскажут, ты просто приезжай. Только сразу приезжай, не ходи больше никуда и не звони никому, слышишь?
— Слышу, — ответил я, — а ехать-то куда?
— Тут недалеко, скину тебе локацию — это от тебя минут двадцать, не больше.
— А что там?
— Как доберешься — позвони. — Роман словно не услышал мой вопрос. — Я приеду раньше и буду тебя ждать.
— Договорились.
Роман повесил трубку. Ещё одна машина пронеслась по двору, но в обратную сторону, и вновь окатила капот «Сиерры» потоком грязной воды. Буквально через десять секунд пропищал телефон. Я открыл сообщение и нажал на ссылку. Карты «Гугл» слегка задумались и выдали вариант оптимального маршрута. Я завёл мотор и выехал из двора на улицу.
Москва была пустой, дороги — свободными. В такую погоду на дачи мало кто ездит, как, собственно, и в парки на прогулку. Чаще всего осенью горожане сидят по домам в ожидании зимы. А зимой выходят на прогулку, но быстро перебираются в огромные торговые центры, поскольку там тепло.
Ехал я примерно двадцать минут, как и прогнозировал Роман. «You have reached your destination» — заявил навигатор в тот момент, когда я проезжал величественное четырёхэтажное здание с огромными колоннами у входа. Одно парковочное место буквально в двух машинах от меня удачно оказалось свободным, и я с радостью его занял. Дождь утих, но густая серость не покидала город. Я закрыл дверь «Форда» и пошёл в сторону высоких колонн. На ступенях перед входом стоял Роман. Проезжая мимо, я его не заметил.
— Привет, — сказал я и пожал Роману руку.
— Пойдем, — ответил Роман и направился в сторону центрального входа.
Рядом с входом в здание висела табличка «Клинический центр имени И.М. Сеченова».
— Ром, ты охуел? — в сердцах спросил я.
— Пойдём, не ори, — ответил Роман, открывая массивные двери.
— Ты реально считаешь, что я больной? — Я остановился в дверном проёме и не понимал, поддаться ли Роману или уйти.
— Никакой ты не больной! Пойдём, не тупи, это не совсем то, что ты думаешь.
Мы вошли внутрь здания, в широкий холл клинического центра. Быстрыми шагами Роман подошёл к проходной и показал какой-то бейдж сидевшему у турникета охраннику.
— Он со мной, — тихо сказал Роман охраннику и кивнул в мою сторону.
Преодолев турникет, мы прошли налево по длинному коридору мимо десятка закрытых кабинетов, свернули направо, потом ещё раз налево, а может быть, сначала налево, а потом — направо, я не запомнил. Обычные длинные коридоры статусной московской больницы. Ничего особенного. Где-то в конце очередного коридора мы упёрлись в две широких двери: на правой было написано «Клиника акушерства и гинекологии им. В.Ф. Снегирева», на левой — «Клиника урологии им. Р.М. Фронштейна».
— Ром, ты прикалываешься? — окрикнул я Романа, который бодрым шагом, не оборачиваясь, шагал вперёд.
— Тихо, не кричи, — шикнул на меня Роман, — почти на месте.
Он открыл левую дверь, и мы вошли в очередной длинный коридор, по обе стороны которого располагались различные кабинеты. На всём протяжении нашего маршрута мы не встретили ни одного человека.
— Ты мне можешь пояснить, что происходит? — обратился я к Роману, поскольку всё меньше понимал его задумку.
