Спустя несколько минут она вышла из-за ширмы. Джастин, уже полностью одетый, засовывал за пояс брюк длинноствольный пистолет. На его перевязанной руке, не причинявшей – как она заметила – особого беспокойства во время их занятий любовью, проступила свежая кровь.
Он поднял с пола ее плащ и набросил его ей на плечи, помедлив, словно не мог решить, что сказать.
– Надеюсь, тебе действительно все равно, что ты можешь услышать обо мне. Боюсь, ты узнаешь гораздо больше, чем рассчитывала.
Чайна не ответила. Джастин коснулся ее губ в коротком поцелуе, но в нем не чувствовалось страсти, словно его мысли были заняты чем-то другим. Он взял ее за руку, и они вышли из комнаты. Только горсть рассыпавшихся шпилек и пара забытых гребешков из слоновой кости свидетельствовали о том, что произошло меж этих выцветших облупившихся стен.
За какой-то час Чайна перешла от самого чудесного опыта в своей юной жизни к самому драматическому. На улице по-прежнему лил дождь, и это – вкупе с тем фактом, что извозчик упрямо отказывался покинуть таверну без своей пассажирки, – спасло Джастина.
Дождь превратил пыльные, замусоренные улицы в грязное болото. Видимость снизилась до нескольких шагов, и немногочисленные прохожие передвигались мелкими перебежками, прикрываясь кто чем мог от потоков воды, низвергавшихся с неба. Чайна набросила на голову капюшон, а Джастин и Тед Бейтс надели шляпы и подняли воротники.
Извозчик, приняв заверения Чайны, что ее спутники – друзья, без промедления усадил всех троих в экипаж и хлестнул лошадей, довольный, что они покидают Грейси-стрит без видимых потерь. Едва они тронулись, как раздался топот ног: к «Кабаньей голове» бежали.
– Явились, – буркнул Тед Бейтс, опустив кожаную штору на окошке экипажа. – Еще секунда, и было бы поздно.
Джастин взглянул на Чайну, вытирая ладонью мокрое от дождя лицо:
– Как ты? Если я был немного грубоват…
– Со мной все в порядке, – отозвалась Чайна, добавив про себя: «Знать бы только, что происходит». Но сейчас не время задавать вопросы. Джастин сам все расскажет, когда сочтет нужным.
Карета быстро катила по пустынным улицам, и спустя некоторое время Джастин нарушил молчание:
– А где Ист? На борту?
– Да, на вахте. Если только не напился в стельку, прошу прощения, мисс.
– Как ты думаешь, посетители «Кабаньей головы» не проболтаются? Сотня фунтов – немалые деньги.
Бейтс ненадолго задумался.
– Пожалуй. Но не у каждого хватит духу. Всем известен ваш крутой нрав, к тому же у вас слишком много друзей, чтобы Иуда рискнул головой ради сотни фунтов. На «Реюнионе» вы будете в безопасности.
– Я не о себе беспокоюсь, Бейтс, – негромко заметил Джастин.
– Понимаю, сэр.
– На «Реюнионе»? – испугалась Чайна. – Вы хотите отвезти меня на контрабандистское судно?
– Последние шесть лет «Реюнион» перевозил только легальный груз, – возразил Джастин сдержанно. – А то, что было раньше, – он пожал плечами, – меня не касается.
– Но все думают…
Джастин посмотрел на нее в упор:
– Пусть думают что хотят. Я знаю, что «Реюнион» не контрабандистское судно, и этого достаточно.
– Подъезжаем к пристани, – сообщил Бейтс. – Похоже, здесь тихо. Вам лучше остаться в карете, а я попробую найти лодку.
Он надвинул шляпу на лоб и нырнул под дождь. Извозчик приоткрыл дверцу в передке экипажа и, получив от Джастина два золотых соверена, согласился ждать. Дверца захлопнулась, и они остались одни во влажной тишине, нарушаемой лишь дробным перестуком дождя по крыше.
Чайна коснулась локтя Джастина.
– Твоя рана опять кровоточит, – мягко заметила она.
– Действительно, – согласился он, взглянув на повязку. События развивались так быстро, что он не успел почувствовать боль.
Чайна прикусила губу и продолжила, пытаясь подавить нервозность:
– Видимо, мне придется встретиться с капитаном Сэвиджем?
– Не представляю, как этого избежать, – рассеянно уронил он.
– А я думала, это и есть капитан Сэвидж.
– Что? – Джастин с усилием оторвался от окна и посмотрел на нее. – Кого ты приняла за Сэвиджа?
– Мистера Бейтса, – ответила Чайна. – Ведь это с ним мы столкнулись вчера в гостинице? – кивнул. – Я решила, что это Джейсон Сэвидж. Я собиралась спросить тебя, но ты так спешил… – Она помолчала. – Капитан не будет против, если ты приведешь меня на корабль? Существует мнение, будто женщина на борту приносит несчастье.
– Капитан не будет против, – отозвался он, слегка улыбнувшись. – Что же касается суеверий… – Джастин пожал плечами.
– А может, нам лучше обратиться к властям? Я объясню, что ты всего лишь защищался. Не может быть, чтобы нам не поверили.
Джастин пристально посмотрел на нее:
– Защищался? О чем ты говоришь?
– Конечно же, защищался! Разве можно назвать убийством попытку противостоять трем негодяям, напавшим на нас с ножами в темном переулке? У тебя не было другого выхода, кроме как убить пирожника!
Морщинка на его лбу разгладилась, в серых глазах мелькнула горечь.
– Ты полагаешь, что все это связано с пирожником? Чайна на секунду перестала дышать.
– А разве нет?
