– А что тут скажешь? Я вижу, что ты хочешь поехать и уже всё решила. Выкрутимся как-нибудь.
Танцы были её страстью. Она начала танцевать на втором курсе универа. Из несостоявшегося экономиста получилась неплохая танцовщица. Потом конкурсы, соревнования, кубки и грамоты. Ещё интересные и красивые мужчины, которые срочняком после тридцати пяти поняли, что хотят танцевать джаз. После драмы очередного романа Наталья решила – нужен дом и семейный очаг, где можно перевести дух и собраться с силами для нового рывка. Ой, конечно, для следующего соревнования.
Во время выступления в «Меге», праздничной халтурки, на неё постоянно пялился один. Она была в красном платье, а он – с полкой для обуви из ИКЕА. Парень с полкой подошёл перед закрытием магазина и сказал, чтобы она выходила за него. Полгода прошло, и она вышла.
Вадим был совладельцем небольшого ИП по 1С-программированию. Он любил работать с кодом. Там всё чётко и понятно, из одного следует другое, а после встречи в «Меге» – не жизнь, а сплошной хаос. Он, словно бычок, повёлся на её красное платье. Первый раз в жизни решился подойти к мечте. И она – о, чудо! – согласилась на свидание. А потом: мне надо уехать, можешь частично компенсировать затраты на билеты до Ялты, это мой новый дэнс-партнёр, я должна лететь в Ригу, мы там всех порвём, ложись спать, я приду под утро, репетируем большую программу… Он пил на кухне минералку, ждал любимую бабочку и отгонял дурные мысли. А потом родилась Катя.
В ней было всё то, чего ему не хватало в их отношениях. Стабильность. Она всегда была рядом и никуда не уезжала, её не надо было ждать ночами. Он перестал ждать и всю свою любовь отдавал живому комочку счастья.
– Вадь, это не смешно. Если мы выведем эти деньги с ИП, зарплату нечем платить будет в следующем месяце.
– Сделай, как я прошу. Всё решим.
– Старик, ты меня извини, но у нас нет столько заказов, чтобы оплачивать поездки твоей жены.
– Это не твоё дело. Выведи, и всё!
– Нет, блин, Вадька, это моё дело! Мало того что тебя практически никогда нет в офисе, всю работу делаю я. Так ты ещё и все деньги забираешь.
– Ты же знаешь, я вожусь с Катей.
– У Кати есть живая мать! Мужик должен зарабатывать. Ребёнком должна заниматься мама. Хотя, когда ей, в Цюрихе новый фест, а у неё новый хрен…
– Заткнись!
– Или что? Включи мужика уже!
Вадим молча допил свой кофе, зло посмотрел на друга, спокойно встал и сказал, прежде чем уйти:
– Жду деньги в четверг!
– Ну, привет! А почему вы ещё не спите?
– Привет. У Кати начали резаться зубки, не спится. Как у тебя дела?
– Представляешь, мы с Михаилом прошли в полуфинал. Празднуем сейчас!
– А Катя сегодня сказала первое слово – «мапа». Это, видимо, смесь мамы и папы.
– Круто! Сбрось на Вотсап видео.
– А ещё Катя…
– Подожди, извини, что прерываю. Можешь скинуть тысяч сорок на карту Сбер на костюмы? Не можем же мы в полуфинале танцевать в одном и том же… Ты что-то рассказывал про Катю…
– Хорошо, скину. Мне пора, она проснулась.
Через два дня у Кати поднялась температура. Девочка всю ночь плакала и не спала. Вадим не знал, что делать, и впервые за много лет испытал чувство беспомощности. И вдобавок от партнёра по бизнесу пришло сообщение:
«Из-за твоих выводов налоговая прислала требование – доплатить налогов на шесть миллионов. Дотанцевались…»
Катя продолжала орать. Он сделал восемь глубоких вздохов и позвонил маме, с которой не разговаривал с самой свадьбы.
– Мам, извини. Мне нужна твоя помощь. У Кати температура, и я не могу её успокоить.
– Вызывай скорую, ща приеду.
Скорая, как и мама, приехала быстро. Требовалась срочная госпитализация – подозрение на тимпаноцентез. Если диагноз подтвердится, нужно оперативное вмешательство. От этих слов у Вадима будто весь воздух выкачали из легких. Операция! Ей же будет больно… Она такая маленькая, как оперировать? У неё ушки размером с двухрублевую монетку.
Они с мамой сидели в больничном коридоре. Приехал партнёр по бизнесу: мама предусмотрительно стуканула другу детства. Они сердито посмотрели друг на друга. Потом Вадим улыбнулся и сказал:
– У нас же проверка налоговая? Нас посадят?
– Тебя нет. Ты в декрете.
– А тебя?
– Меня вроде тоже. Договорился, буду три года для налоговой картриджи в принтерах менять. Поздравляю, наша фирма выиграла тендер! Выдыхай. Как там Катюша?
– Вроде гуд. Ща операция.
– Тебе бы поспать, бро!
Неожиданно в разговор вмешалась мама:
– Звони ей!
– Мам, там полуфинал…
– Ты в своём уме? У её дочки операция. Не натанцевалась, блин, стрекоза!
– Давай мы ей после операции позвоним и скажем, что всё хорошо. Зачем её волновать…
– А если не всё хорошо? Она тебе этого никогда не простит.
– Нет. Не буду.
Через несколько часов в коридор вбежала зареванная молодая женщина в красном концертном платье. Она тут же направилась в ординаторскую и минут тридцать разговаривала с доктором, который сделал операцию. Вадим и мама спали на коридорных диванчиках после двух бессонных суток. Женщина в красном присела рядом с Вадимом и провела ладонью по его волосам. Вадим спросонья ничего не понял:
– Блин, отрубился. Как она? Как операция?
