— Они хотели бы сделать избранное тобой положение официальным, Род, — ответил робот.
— Что такое, милорд?
— Они хотят, чтобы я остался, — механически повторил Род. Он повернулся к ней, жизнь сменила ошеломленное выражение на его лице. — Они хотят, чтобы я остался!
— Где остался, милорд? — спросила она, улавливая первые следы его энтузиазма.
— Остался здесь! — проревел он, вскакивая на ноги и широко размахивая рукой, чтобы включить всю планету. — Здесь, на Грамарие! Агентом! Гвен, я свободен! И я дома!
Он упал на колени, повернувшись к ней лицом и вцепившись рунами ей в плечи.
— Я люблю тебя, — проревел он, — выходи за меня замуж!
— Отныне и навеки, милорд, — воскликнула она, сжимая его лицо меж ладоней, и полились слезы. Он сграбастал ее было, но она остановила его, приложив ладонь к его губам.
— Нет, милорд, только чародей может поцеловать ведьму.
— Ладно, чародей я, чародей! Только поцелуй меня, а? Она поцеловала. Ухмыльнувшись, он сцепил руки у нее на пояснице.
— Эй, — сказал он, — так это правда то, что говорят о сельских девушках?
— Да, милорд. — Она опустила глаза и принялась расстегивать его камзол. — Теперь ты от меня никогда не избавишься.
"…Как это ни печально и ни прискорбно, Бог призвал на небеса верного сына своего, короля Ричарда, ибо смерть приходит ко всем нам: и к знатным, и к бедным. После четырнадцати лет правления ушел от нас король, которому не было еще и сорока пяти лет от роду, и великая скорбь охватила землю нашу. Но жизнь продолжается, и великое движение ее не должно прекращаться, вот почему, похоронив короля рядом с предшественниками, мы обратили свои взор к нашему новому монарху, к дочери короля Ричарда Катарине, первой королеве в истории Грамария, которой было в ту пору всего двадцать лет.
Созвали лорды этой земли Совет. Во главе их стоял герцог Логайр, самый почтенный и уважаемый лорд этой страны, к тому же дядя королевы. И хотели лорды посоветовать королеве Катарине, как надо править. Но она отказалась выслушать их советы и стала править так, как нашла нужным, не считаясь с лордами. Все дела в государстве вершились с помощью карлика Брома О’Берина, жившего при дворе. Королева Катарина даровала ему титул, хотя карлик Джестер был возведен королем Ричардом лишь в советники. Это вызвало недовольство всей знати страны, ведь она приравняла карлика к ним, а он был низкого происхождения. И доверяла королева только ему, а не кому-нибудь из них.
