— Сто пятьдесят киловатт-часов, 3087 БТУ, — ответил компьютер, — включая расход топлива, воздух и питание.
— Вот! Видите? Я терплю убыток! — Старик гордо задрал подбородок.
— Но нас пятеро, а не трое. А это двести квахеров.
— Пятеро?.. — Глаза горняка стрельнули в сторону прохода; Лона и отец Марко приблизились, чтобы их было видно.
— Итак, вы с прибылью, — заметил Уайти.
— Да какая уж прибыль! — Горняк раскраснелся. — Еще больше воздуха, топлива и питания на этих двоих!
— Входит в названную сумму, — проинформировал компьютер. — Я посчитал, сколько раз открывали и закрывали шлюзную камеру.
Старик набросился на него. — На чьей ты стороне, а?
— Извини, не терплю неточностей в расчетах.
— Послушайте. — Горняк снова повернулся к Уайти. — Сорок пять квахеров — не такая уж большая прибыль, мистер. Почему бы вам не купить мою лодку?
Уайти пожал плечами. — И что вы за нее хотите?
Горняк задумался. Потом выпалил:
— Тысячу термов.
— Согласно текущим ценам… — начал компьютер.
— Заткнись! — заорал горняк. — Он повернулся к Уайти, не скрывая довольной улыбки. — Ну?
— Э, дайте подумать… Уайти подошел к пульту и вывернул наизнанку бряцающий карман, из которого высыпались монеты. Он собрал их и начал медленно считать.
— Двадцать… восемьдесят… двести…
Глаза старого горняка следили за каждой монетой, поблескивая белками.
— Восемьсот пятьдесят шесть… восемьсот пятьдесят семь… пять квахеров… десять квахеров…
Губы Горняка зашевелились.
— Восемьсот пятьдесят семь термов, двадцать три квахера, 2392 БТУ. — Уайти посмотрел на горняка. — Берете или нет?
— Идет! — Старик сгреб Груду монет и рассовал их по карманам комбинезона. — Вы приобрели отличное судно, мистер!
— И компьютер. — Уайти посмотрел на систему над пультом. — Теперь ты работаешь на меня.
— Вас обманули, — проинформировал его компьютер.
Старый горняк крякнул.
— Знаю, — спокойно ответил Уайти. — Побитая старая развалина не стоит больше пятисот термов.
Старый горняк с интересом посмотрел на него. — Тогда почему вы купили ее?
— Мне стало жаль компьютер. — Уайти повернулся к устройству. — Теперь ты будешь выполнять мои команды… или моей племянницы. Она пилот.
— Привет, — сказала она, встав рядом с Уайти. — Меня зовут Лона.
Дар опешил, услышав, каким теплом наполнился ее Голос. Что за несправедливость! Все это только ради машины… а могло быть адресовано ему!
Лона села за пульт. — Давай познакомимся, ВКС 651919. Кстати, не возражаешь, если я буду называть тебя… э… Векс?
— Векс? — переспросил Дар. — Почему?
Лона Глянула на него через плечо. — А как, по-твоему, произносить "BKC"? Не обращай внимание, так к нему буду обращаться я! Она снова повернулась к компьютеру. — Если ты не возражаешь, конечно.
— Мое мнение ничего не решает, — ответил компьютер. — Мой владелец делегировал вам необходимые полномочия, поэтому можете называть меня как угодно.
— Нет, если тебе не нравится, я не буду. У хорошего хозяина должно быть взаимопонимание со своей машиной.
— Подобное взаимопонимание может существовать только в вашем сознании, — ответил компьютер. — Я не способен на чувства.
— Что ж, хорошо, тогда подыграй мне; мне нужна иллюзия. Кроме того, компьютер стремится к Гармонии и благозвучию. Итак, я спрашиваю еще раз: имя Векс тебя устраивает?
Компьютер задумался. Когда он заговорил, Дар уловил нотки уважения в его голосе. — Такое имя мне подходит, да.
— Отлично. — Лона приступила к работе; глаза ее блестели. — Теперь, Векс… как давно тебя начали использовать?
— Пять лет, семь месяцев, три дня, шесть часов, двадцать одну минуту и тридцать секунд назад… по стандарту Терры, разумеется. Надеюсь, более точный ответ не требуется.
— Нет, этого вполне достаточно. — Лона улыбнулась. — В наши дни компьютеры очень долговечны, а ты почти совсем новый, одна из последних моделей. С тобой эта лодка могла бы стоить вдвое дороже по сравнению с тем, что заплатил дедушка.
Старый горняк снова крякнул.
— В чем дело? — спросила Лона.
Компьютер с минуту молчал, затем ответил:
— Мой первый хозяин получил огромное наследство и предавался материальным удовольствиям…
— Плейбой. — Дар заметил, что Лона облизала пересохшие губы. — Теперь я понимаю, почему ему нужен был очень преданный персональный робот.
— Да, из-за некоторых, э, эксцессов, мне часто приходилось самому управлять его аэрояхтой.
— То есть тебе приходилось доставлять его домой, когда он бывал мертвецки пьян.
— Вы подобрали точное выражение, — согласился компьютер. — Во время нашего последнего полета он не терял сознания, но зато его рефлексы и способность рассуждать сильно нарушились. А согласно программе я не могу полностью взять управление на себя до тех пор, пока не станет очевидно, что его жизни грозит опасность.
— Хочешь сказать, что авария была неизбежна, но ты вмешался слишком поздно. Что случилось?
— Вывернув корабль, мне удалось избежать повреждения кабины. К сожалению, сам я находился на переборке, которая при столкновении пострадала.
Лона кивнула. — Что в тебе сломалось?
