Легкий кивок подтвердил это высказывание.
– Вы посчитали, что нарушили Закон, и уведомили об этом Стража. В целом – это повод для того, чтобы собрать полный состав Совета, и вынести вашу судьбу на голосование. Но мы решили собрать лишь минимальный состав необходимый для принятия решения, и я лично формулировал всё так, чтобы ни у кого не возникало сомнений в том, что вы действовали в рамках дозволенного. В отсутствии некоторых Старейшин их голоса могут распределяться между другими, и мы приняли оправдательный приговор. Вам что-то говорит это, молодой человек?
После секундного размышления, я ответил.
– Вы собрали только тех, кто не мог бы вынести другого решения, даже если бы я был виновен по самое «не хочу». Значит – вы не уверены в том, что остальная часть Совета это бы поддержала. И еще одно… Не знаю уж по какой причине, но вы, Джозеф и Рашид – на моей стороне.
– Гм. Ну, почти. Я не столь не уверен, что остальные проголосовали «против», но некоторые могли бы высказаться против чисто из принципа, поскольку мы трое поддержали бы вашу защиту. Хотя, наверняка, были бы и те, кому вы лично не нравитесь.
– А такие есть?
Он даже рассмеялся.
– Некоторые очень много лет потратили на то, чтобы им дали статус чародея, а вы получили его в таком возрасте, да еще и не обладая достаточными знаниями и навыками. Это вызывает зависть. Кроме того, слухи о вашей стычке с одним из некромантов тоже ползут, и для некоторых то, что он ушел – повод усомниться в вас и вашей надежности. Ну и, конечно, если бы кто-то потребовал досконально разбирать текущее дело, а такая вероятность всегда есть, то ваши отношения с вампирами выглядели бы несколько… Дискредитирующими. В лучшем случае, создалось бы мнение, что вы прибегаете к весьма сомнительным вещам. В худшем – вас могли бы счесть врагом.
Ненавижу политику. Ненавижу пиар и общественное мнение. Они безумно раздражают, а зачастую – и мешают работать.
– Значит вы – на моей стороне. Почему?
– Отчасти потому, что хорошо знаком с вашими родителями. Отчасти потому, что знаю сам каково принимать сомнительные решения, которые приводят к правильным результатам. А отчасти потому, что верю в вас, молодой человек. Вы – не испорчены политикой, и всю душу вкладываете в заботу о людях, а то, что вы сами настаивали на том, что нарушили закон и добровольно известили об этом Корпус Стражей – это помогло понять, что вы не прикидываетесь, а действительно искренни. Сейчас – это исключительная редкость, и такое я не мог не оценить. И пока вы будете верны сами себе – вы можете рассчитывать на мою поддержку. Хотя я и видел, что я вам не нравлюсь.
Я смутился.
– Эээ… Ничего личного, сэр… Вы…
– Да, знаю. Я был против того, чтобы ты получил тогда посох и статус чародея, и я проводил собрание и допрос. Но ведь ты и сам знаешь, что был еще не готов к посоху.
Мне стало стыдно.
– Райбок упомянул про вас, и я считал, что вы…
Он неторопливо огладил бороду.
– Райбок… Да, ему есть за что на меня злиться. Даже по очень многим причинам. Как, впрочем, и на остальных старейшин. Но ничего не бывает просто, и если тебе так кажется, значит что-то упущено, помни об этом, и составляй свое мнение. Слушай свое сердце. И если оно говорит тебе сделать что-то, что пойдет в разрез со всем, что ты знаешь – задумайся. Ведь не просто же так оно тебе будет это советовать. Всегда есть, как минимум, две правды.
Он поежился под своей робой.
– Еще немного, и я отморожу себе задницу в этом треклятом городе, – проворчал он – давай заканчивать, мальчик. Я и так уже сказал тебе многое, что тебе нужно обдумать.
– Последний вопрос, сэр… Райбок сказал, что в Питере скрыто нечто, что может уничтожить Совет.
– Прямо так и сказал?
Я припомнил события годовой давности, и процитировал:
– «Этот город напрямую касается интересов Совета. И они никогда не признаются в этом. Здесь сокрыто то, что может их уничтожить, если оно увидит свет».
Старый чародей с лукавой усмешкой посмотрел на меня.
– Помни, всегда есть как минимум – две правды. И лично я мог бы назвать с дюжину более опасных для Совета мест и вещей.
Я разочарованно посмотрел на него.
– То есть вы не скажете…
– Город, который ты решил защищать – таит множество секретов. Некоторые двери стоит открыть. Некоторые – лучше держать закрытыми. Но некоторые – ждут того, кто сам решится открыть их, если, конечно, заметит. И я не знаю, какая из них сейчас пред тобой. Так что – да, ты прав. Я не скажу. Но и мешать узнать не буду. Иди уже, а то Фаулер там скоро в сугроб превратится.
Я улыбнулся, и направился к ожидавшему меня Стражу.
– Поговорили? – поинтересовался он.
– Это очень мягко сказано… Даже не знаю теперь, что и думать. Я не представлял себе, насколько я многим не нравлюсь.
– Тогда – давай возвращаться к тем, кому ты по сердцу. С ними – всегда легче.
Он открыл проход в Небывальщину, и мы вступили на заснеженную тропу.
Когда я вернулся домой к Свете, то, честно говоря, обомлел, зайдя на кухню. Её родителей не было, видимо уехали куда-то к родне, а на столе красовалось угощение.