Ещё тогда, после реплики Брэма Дарвелса о том, что меня несправедливо приняли в академию, я решила: раз уж выбора нет и придётся здесь учиться, значит, я докажу им, что и без Виктора чего-то да стою. В лепёшку разобьюсь, но докажу!
— Будь по-твоему, — сдалась Беллс, переминаясь с ноги на ногу. — Только давай поторопимся, не хочу ещё и на зельеделие опоздать.
В этом я была согласна с ведьмой, поэтому задерживаться больше мы не стали. Тем более что этот предмет мне самой не терпелось посетить.
Последние пару лет приходилось готовить зелья методом проб и ошибок. Да, у меня имелось несколько томиков с рецептами и справочниками трав, но вот раздобыть ингредиенты было куда сложнее. К тому же никакое самообразование не сравнится с возможностью перенять опыт знающего специалиста.
От предвкушения у меня даже пульс ускорился.
Мы бежали по коридору, не обращая внимания на оглядывающихся студентов. Кабинет зельеделия находился двумя этажами ниже, а до начала занятия оставалось каких-то пару минут.
Для своего невысокого роста Беллс оказалась весьма шустрой. Она проворно огибала учащихся, то и дело скрываясь за фигурами парней и девушек. Я старалась не отставать и не потерять рыжеволосую ведьму из виду. Заплутать сейчас в незнакомом здании было бы совсем некстати.
Я в очередной раз взглянула на сокурсницу и с силой налетела на что-то твёрдое.
— Смотри, куда прёшь, ведьма. — Этим чем-то твёрдым оказался высокий парень с белоснежными волосами, затянутыми в низкий хвост. В правом ухе у него торчала серьга с серебряным полумесяцем, а на груди блестел красный рубин. Факультетский камень указывал на то, что передо мной стоит не кто иной, как оборотень.
Лицо парня буквально перекосило от неприязни, а я так и застыла. Интересно, ему не угодила именно я или ведьмы в целом?
— Ну? Чего вылупилась, ведьма? Беленой надышалась? С дороги свалила.
Если минуту назад я и хотела извиниться и мирно пройти дальше, то теперь таких мыслей напрочь не осталось. В коридоре было достаточно места, чтобы он мог беспрепятственно обойти меня, так нет же, решил с ходу дерзить.
— Не трамвай, объедешь, — категорично произнесла я, решив стоять насмерть. Парень ошалело выпучил глаза. Видимо, теряясь в догадках, что за зверь такой этот «трамвай».
— Кэсси! Опоздаем! — вынырнула из толпы моя однокурсница и, прерывая наше немое сражение с оборотнем, потащила меня за руку дальше по коридору.
— Скажи, у вас здесь все отбитые? — поинтересовалась я, прыгая через две ступеньки вниз по лестнице.
— Ты о чём? — Беллс бросила через плечо удивлённый взгляд.
— У вас считается в порядке вещей грубить первому встречному?
— А, ты об оборотне, — догадалась одногруппница. — Не обращай внимания, они все недолюбливают ведьм. — Девушка махнула рукой, давая понять, что это всё обыденное дело.
Полюбопытствовать, почему так сложилось, я не успела. Ведьма толкнула первую от лестницы дверь и забежала внутрь.
Кабинет был громадным, с высокими приоткрытыми окнами, впускающими достаточно солнечного света и свежего осеннего воздуха. По центру тянулись парты в три ряда, оснащённые горелками и штативами для пробирок. На мгновение мне даже показалось, что я попала в кабинет химии.
Между окнами и у противоположной стены теснились закрытые стеллажи с пронумерованными деревянными ящичками, а их верхушки венчали десятки глиняных горшков с цветами и другими растениями. Зелёные островки разбавляли строгость помещения, придавая ему некую нотку уюта и жизни.
В конце же аудитории виднелась ещё одна дверь, возле которой топталось несколько девушек.
Преподавателя ещё не было, но на столе громоздилась высокая стопка из небольших листовок. Беллс схватила оттуда два листка и один из них протянула мне. Затем, на ходу изучая содержимое бумаги, устремилась к той самой двери, где кучковались однокурсницы.
Я последовала её примеру: в руках у меня оказался перечень предметов, нужных для предстоящего занятия. Котелок определённого размера, ступка с пестиком, корень аристолохии, листья дубровника и ещё кое-какие растения.
Никаких рогов единорога или глазных яблок драконов. Если уж и существовали подобные ингредиенты — ведьмам-первокурсницам их не доверили.
Скрипучая дверь привела в кладовую со множеством полок в несколько ярусов. Чего на них только не было: котелки разной величины, пучки трав, деревянные коробочки и бочонки с самым разнообразным содержимым, и ещё много всякой всячины. Глаза разбегались, а раздавшийся звон башенных часов намекнул, что пристально всё рассмотреть не получится.
Ещё раз взглянув на список, я приступила к поискам.
Отыскать котелок нужной ёмкости не составило труда, как и ступку с пестом. А вот треклятый корень аристолохии как сквозь землю провалился. На полках попадались корни арнебия, полыни, белладонны и даже имбиря. Казалось, здесь были все возможные коренья, кроме нужного.
Беспокойство зудело под кожей всё громче, опаздывать не хотелось, но, когда я повернулась к Беллс, чтобы попросить помощи — девушки не обнаружила. Впрочем, как и других одногруппниц.