– Поверьте мне – не за что, – усмехнулся Самтрак и продолжил: – Когда земляне высадятся на Крамджале, они порушат все. Они уничтожат все, что с таким трудом создавалось поколениями чародеев. Они изменят жизнь планеты, изменят ее лик. Это доказывает тот факт, что всего два землянина – вы, Иван, и вы, Ежи, – затеяли такую смуту, что мне придется с ней разбираться еще несколько лет! Как вы понимаете, мне это совсем не нужно. Еще одна причина, по которой я не хочу видеть здесь землян – это возможная ассимиляция землян с местным населением. Она полностью изменит популяции. Вы прекрасно знаете характерную особенность человеческих самцов, их основное желание, основной инстинкт. Ха-ха-ха. Нда. Мой маленький эксперимент с вами, господин Нефедов, когда я подсунул вам прекрасных девушек в Мильоре, дал потрясающие результаты и полностью подтвердил мою теорию о сексуальной неразборчивости и распущенности человека. Если земляне сюда прилетят, они, спустя несколько поколений, полностью изменят генофонд Крамджала и превратят нашу планету в «Землю номер два». Мутанты наверняка просто исчезнут, и все усилия старых чародеев, все их силы, которые они потратили на переселение людей на Землю, пойдут прахом. Скажите мне, какой смысл переселять людей на другую планету, если они вернутся, и всё станет по-старому? Никакого. Я не могу позволить этому произойти. Тем более, что у меня уже сейчас возникают проблемы с местной диаспорой людей, которая медленно, но верно наводняет планету своими отпрысками.
Господи, когда же он даст мне возможность двинуться? Мне так надоело его слушать! Все эти причины-следствия и прочая лабудень начинали мне действовать на нервы. Кроме того, манера разговаривать у Самтрака была донельзя мерзкая. Представьте себе – мудрейший, якобы, маг, столько тысяч лет живет, а разговаривает, как школьник. Если бы он хотел произвести на меня впечатление, ему следовало бы разговаривать образно, вдумчиво, мудро, в конце концов. А не трындеть, будто он «волк». Он не «волк» и никогда им не станет. Спрашивается – ну на фига выпендриваться?
Внезапно заговорил мой внутренний голос, который со мной не разговаривал уже черт знает сколько времени.
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
Чародей, пока я беседовал сам с собой, продолжал свою речь и, когда я обратил на него внимание, он говорил: