- Уже не найдешь, Жень. Погиб тот лейтенант, два года назад. Я ведь ничего о нем не знаю, кто, как выглядит, просто Бахтияр так увлеченно рассказывал о нем отцу, что я сама додумала образ. Долго мечтала, потом как-то сошло на нет, - вспомнила Ира свои девичьи грезы. Внезапно одна мысль пронеслась в голове, ей стало понятно, почему так потянуло к соседу. Военный врач, побывавший в горячих точках, умный, смелый, вот и наложилась картинка забытого идеала мужчины на реальное лицо. А реальное лицо не потянуло... - Сама себя вспомни в четырнадцать, каждый день влюблялась, не разбираясь, то в актера, то в певца. Вот, даже в отца моего умудрилась втюриться.
- А когда еще в них что-то хорошее находить? Ну-с, и у меня последняя записка. «Родить сына и дочку». С сыном справилась, на этом закончу упражнение, - беспечно рассмеялась Женя, комкая в руке бумагу. Не стала озвучивать свое послание во взрослую жизнь полностью.
- Ты надолго приехала?
- Уже выгоняешь? До воскресенья останусь, утром уеду, дела.
- Тогда идем, поможешь с маринадом. Завтра на пляже собираемся, потом у Лешки, как обычно. Кстати, смотри, что мне ребята надарили! Даже, скорее всего, один Костя, только он в Казани хорошо ориентируется в магазинах, чтоб так угадать, - не замечая удивленно-насмешливого взгляда подруги на такое предположение, Ира выдала весомый аргумент правдивости своих слов. - Да и в разговоре с ним я упоминала свои хотелки, запомнил.
(23 июня, суббота, +28)
Как же все не вовремя… Кое-как вчера затолкал пьяную тушку Лары в машину, не посмотрел, что бензин на исходе, дотянул до поворота и встал. Только включил аварийку, закурил, в бессильной злобе пиная колесо, на встречке остановилась машина. Обрадовался сердобольному водиле, обернулся, и увидел Женьку. Как?
Настолько нагрешил, что ни минутой раньше или позже ехала лучшая подруга соседки… Ларку помогла отловить в канаве, когда та вылезла из машины, и, оскорбленная отсутствием внимания к ее персоне, попыталась предъявить Жене претензию. Показалось ей, видите ли, что Женя заигрывает с «ее ко-о-отиком». Позорище.
Еще хотел с утра устроить разбор полетов на работе, спустить всех собак на того, кто пустил невменяемую даму в больницу. Только некого наказывать, кроме себя самого, сам развел гадюшник на диване.
Выкинуть этот диван к чертовой матери из кабинета…
Ларке подарить.
Уже затихли взрывы хохота с соседнего участка, погас свет на террасе и в доме, а он все ворочался, пристраивая подушку, вставал курить, благо, вчера еще сбежал из душной комнаты на веранду, никого из домашних не разбудил своей маетой.
Твердо решив поговорить с Ирой утром, не дожидаясь посиделок у Лешего, успокоил дурные мысли, задремал. Во сне слышал голос ее, смех переливчатый, так близко, будто рядом мавка рыжая. Столько счастья было в этом сне, что не хотелось просыпаться, остаться в нем, заблудиться в мечтах, не открывать глаза.
Странно, что-то изменилось в доме. Что-то неуловимое, новое появилось в запахах и звуках утра.
На кухне, за столом сидел Назар, в чистой футболке, волосы его еще блестели влагой, исчезла мятая неряшливая бороденка. Мать все подливала ему чай, с удовольствием откусывала от булочки в белой глазури, в восхищении закатывая глаза.
- Я сейчас слюной захлебнусь, - улыбнулся Решад, проходя мимо, в душ. - Доброе утро! Оставьте мне хоть один кусочек, а?
- Ты бы еще дольше дрых, конина, мы хотели тебя с соседкой на живодерню тащить, да ты изредка подавал признаки жизни, храпел и попукивал, копытами перебирал, - Назар показал рукой на буфет, где томился в ожидании целый противень сдобы. - Хватит тебе? Я немного увлекся, три дня есть будем. Галкины рецепты, наизусть помню.
Решад невольно вздрогнул. Она была здесь, в его доме, а он продрых бессовестно, в тумане сна пытаясь снять с ладошки колдуньи спелые ягоды ежевики одними губами, удержать в руках лесную мавку, вновь и вновь продираясь чащей замшелого леса к ней, на земляничные поляны воздуха и света, на залитое солнцем то покрывало…
- Я за Назаром записывать не успеваю, улым, с утра с Ирочкой ходили за молоком, не удержалась, похвасталась ей, вот они с Назаром и волшебничали на кухне в четыре руки, пока ты спал.
- Соседка у тебя, брат, - Назар мечтательно прикрыл глаз, вздохнул. - Я б не глядя женился, хоть сегодня.
- И что мешает?
- Да боюсь, ты мне вторую лапу оторвешь! - расхохотался друг, переглянувшись с Наилей. - Ты на себя глянь, как подобрался, одним взглядом едва не испепелил!
- Да ну вас, - беззлобно махнул рукой Решад, ушел в ванную комнату.
- Ваша правда, Наиля-апа, повело Ярканата, оседлает Ирка нашего жеребца, оглянуться не успеем.
- Иншаллах, Назарушка, я только рада буду. Ты, сыночек, с Решадом сегодня на пляж пойдешь?
- Ира звала, но нет, Наиля-апа, чего смущать людей, - жестом остановил уже открывшую рот возразить мать друга. - Я на днях приметил в дровах липу, если не возражаете, помусорю немного у себя в комнате.
