К концу репетиции приехал Логунов. Он пригласил Галку и Кулагина в кабинет директора, где, считая, что подготовил приятный сюрприз, вручил «молодоженам» свидетельство о браке. Как ни странно, этот документ, на котором стояла круглая печать, подействовал на Галку удручающе.
Покончив с официальной частью, Логунов достал из шкафа бутылку водки и рюмки.
- После вчерашнего не мешает опохмелиться, - подмигнул он.
- Можно, - согласился Кулагин.
От водки Галка отказалась. Кулагин и Логунов выпили.
- Провели вы меня, ей-богу, провели, - подмигивая одновременно обоими глазами, говорил Логунов. - Вот уж не думал, что вы симпатизируете друг другу. Что ж, рад, очень рад за вас. Надеюсь, что брачный союз пойдет на пользу союзу творческому. Вам есть чему поучиться друг у друга.
- Чему я должен учиться у своей жены? - прищурясь, спросил Кулагин.
- Сергей Павлович, вы только не обижайтесь. Поймите, дорогой: не каждый раз в зале будут присутствовать такие ценители чистого вокала, как господин Рейнгардт. Публика попроще требует от певца игры. А у вас с этим - согласитесь - не все в порядке.
- Что же делать, если я такой бесталанный? - усмехнулся Кулагин.
- Боже вас упаси, я такого не говорил, - замахал руками Логунов. - Адмирал Рейнгардт, да и мы все в восторге от вашего голоса. Но ваши акции поднялись бы много выше, если бы вы владели актерским мастерством так, скажем, как владеет им ваша супруга. Попробуйте, Сергей Павлович, играть. Уверяю вас - получится. Стоит только захотеть.
- По-вашему, я не хочу?
- Я этого не говорил. Но, признаться, у меня сложилось мнение, что у вас имеется какое-то своеобразное, я бы сказал, нигилистическое отношение к актерскому искусству. Появляясь на сцене в наряде Канио, вы остаетесь все тем же Кулагиным. И мне кажется, что вы нарочно сдерживаете себя, словно боитесь перестать быть самим собой.
- Ну, знаете ли! - вспылил Кулагин. - Если хотите избавиться от меня - скажите прямо.
- Что вы, что вы, Сергей Павлович! - испугался Логунов. - Я счастлив, что вы работаете в созданном мною театре. Но поймите, вам, начинающему певцу, надо завоевать признание широкой публики, равно как нашему, еще неокрепшему театру утвердить свое реноме. Мы должны учитывать различные вкусы. Вот я сейчас - поверите ли - ломаю голову над тем, как привлечь на спектакли солдат гарнизона. Да, да, солдат. Потому как на одних офицерах с нашим небогатым репертуаром сборы не сделаешь. Не исключено, что мы дадим пару спектаклей в воинских частях. А вы представляете, что значит ставить оперу на грубо сколоченном деревянном помосте, почти без декораций, без занавеса?
Галка, до сих пор безучастно слушавшая разговор, насторожилась.
- Можно было бы использовать клуб моряков. Там хорошая сцена, - еще не веря в удачу, как будто невзначай сказала она. - В районе порта, должно быть, много воинских частей.
Логунов удивленно посмотрел на нее и вдруг всплеснул руками.
- Галина Алексеевна, вы - молодец! Как я раньше не подумал о клубе моряков! Мы сделаем там прекрасный сбор. Я сегодня же доложу начальнику гарнизона об этой идее.
К немалому удивлению Галки, Валерия Александровна выслушала ее сбивчивый рассказ довольно спокойно.
- Хорошо, что нашелся порядочный человек, - сказала она. - Надеюсь, на этом ты успокоишься?
- Бабушка, зачем так! Ты ведь ничего не знаешь!
- Где мне знать твои дела! - нахмурилась Валерия Александровна, но тут же, смягчаясь, спросила: - Он хоть нравится тебе?
- Нравится, - вздохнула Галка. Что другое она могла сказать?
- Дай бог. Ну, приглашай его в дом. И не делай, пожалуйста, удивленное лицо - я же видела, как он зашел во двор.
В прихожей обычная самоуверенность оставила Кулагина.
- Ты обо всем бабушке рассказала? - удерживая Галку, спросил он.
- Она знает, что ты мой муж.
Кулагин поморщился, словно от зубной боли, и, одернув пиджак, шагнул в столовую. Галка не предполагала, что он может смущаться. Знакомясь с Валерией Александровной, он неуверенно переминался с ноги на ногу и извинялся за то, что, мол, так получилось, что, не спросив ее согласия и даже не предупредив, он так вот взял и женился на ее внучке. И хотя Валерия Александровна ответила сердито, что, дескать, сейчас не принято спрашивать согласия родных, а извиняться перед ними - тем более, Галка видела, что Кулагин произвел на бабушку хорошее впечатление. Как только Валерия Александровна вышла на кухню, Галка заметила не без ехидства:
- Ты был сама почтительность. Я все ждала, что ты вот-вот шаркнешь ножкой.
Кулагин посмотрел на нее так, как смотрят взрослые на дерзкого ребенка - строго, но без обиды. Ничего не ответив, он отошел к стене, на которой висели портреты в тяжелых рамах, и принялся рассматривать их.
- Кто этот моряк с трубкой? - спросил он.
- Мой дед.
- А тот - другой?
- Отец.
- Тоже моряк?
- Был капитаном теплохода «Казахстан».
- Он умер?
