– Тело, Максик, это наш инструмент, – приговаривала она, – если мы будем стесняться друг друга в жизни, то ничего дельного не сможем показать на сцене.
Макс ждал и, откровенно говоря, делал всё, чтобы снова оказаться с ней в паре. Уж тогда-то он докажет: больше никакого стеснения!
Но на прошлом занятии, как назло, рядом оказался огромный косматый парень – Игорь – с лопатообразными ручищами. Он тискал всех так, будто задача разминки заключалась в приготовлении фарша. И сам потом требовал, чтобы его каменную мускулатуру тоже проминали на совесть. Но никогда не бывал доволен.
Сегодня в пару тоже досталась не Аврора. Макс круговыми движениями пальцев растирал шею девчонке по имени Алёна, а взгляд его был прикован к ряду стульев. Там сейчас кто-то сидел. Кто-то, чьего лица нельзя было разобрать из-за привычной темноты. Но Максу, желавшему встретить человека с размытым лицом, казалось, что посетителем был именно он.
– Продолжаем броуновское движение! – крикнул Леонид Викторович, – двигаемся в трёх темпах. Первый – самый медленный. Начинаем со второго.
Присутствующие хаотично задвигались чуть ускоренным шагом.
Он хлопнул в ладоши.
– Первый темп!
Теперь все максимально замедлились. Каждый в зале напоминал муху, попавшую на липкую ленту. Подошвы будто прибиты гвоздями, руки словно тянут очень прочную пружину или резинку…
– Третий темп!
И все срываются с мест, отбросив прибитые подошвы и выпутавшись из резиновых лент. Третий темп – это бег. Быстрый и ловкий – такой, чтобы никого не задеть, но при этом не выбиться из общей гущи хаотично мечущихся юных актёров. Макс всё же немного отделился от группы и добежал до стульев. Смену темпов не объявляли, поэтому ему пришлось развернуться, сделать зигзаг по залу и снова побежать в зрительскую зону.
– Первый темп, – скомандовал Леонид Викторович.
На этот раз Макс всё рассчитал верно. Он уже знал, что «размазанный» сидит в зале. Руки и ноги автоматически выполняли упражнение, а мысли Максима были заняты только предстоящей беседой. Пока длится первый темп надо успеть перекинуться с «размазанным» парой слов. Сердце колотилось – от предшествовавшего бега и волнения.
– Здравствуйте.
«Размазанный» едва заметно кивнул.
– Хорошо, что я вас встретил, – продолжил Максим. Больших усилий стоило двигаться медленно, а говорить нормально, поэтому некоторые гласные он всё же чрезмерно тянул. – Я хотел попросить вас, если вы ещё не оплатили моё желание, не делать этого. Вычеркните, пожалуйста, моё имя из тетради. Я передумал.
Макс опустил стопу на пол чуть быстрее, чем этого требовал темп. Теперь он говорил нормально, зато движения ускорял. «Размазанный», кажется, не смотрел на Максима. Из-за мелькающих по лицу помех – ряби, дымки и чёрно-белых мушек – Максу непросто было понять, куда направлен взгляд посетителя, но голова его точно была отвёрнута в сторону.
«Размазанный» вдруг поднял вверх большой палец, словно посылая знак одобрения кому-то в репетиционном зале. Максим посмотрел на других ребят, двигающихся словно теряющие завод механические куклы. Никто в это время не повернул головы в сторону зрительских стульев. Понять, кому предназначался жест, Максу не удалось.
– Пожалуйста, – только и повторил Макс, растянув слово.
– Молодой человек, – сказал «размазанный». Максим узнал его голос. – Я не понимаю, о чём вы…
– О тетради… Как её… Суицидовой… Для самоубийц, в общем…
– Вы меня с кем-то перепутали, – спокойно сказал «размазанный» и снова показал кому-то большой палец.
– Третий темп!
И Максу пришлось сменить почти полную обездвиженность на бег.
– Второй темп!
Проходя мимо Авроры, Макс успел шепнуть ей:
– Глянь, на стуле сидит очень странный человек…
Аврора кивнула, тут же изменила направление ходьбы. При следующем пересечении с Максимом она коротко доложила:
– Обычный мужчина.
– Третий темп!
Зал заполнился хаотичным бегом. Максим на бегу успел схватить свой рюкзак и, не сбавляя темпа, попытался достать мобильник. Он едва не столкнулся с верзилой Игорем, потом больно ткнул локтем одну из девчонок, а проклятая молния никак не расстёгивалась. Наконец, Леонид Викторович сделал ему замечание:
– Максим, удели время упражнению, пожалуйста. Хочешь попить, отойди попей, но не надо всю группу расшвыривать своим рюкзаком!
– А… Да… Хочу пить… Спасибо…
Максим опрометью бросился к рядам стульев. «Размазанный» всё ещё сидел на прежнем месте.
– Улыбочку! – крикнул ему Максим и нажал на кнопку фотоаппарата в телефоне. Быстро глотнул воды из бутылки, рюкзак с мобильным телефоном унёс подальше от незнакомца. Мало ли, вдруг обидится, что Макс его сфоткал, и сопрёт рюкзак!
– Я кое-что покажу тебе в перерыве, – сказал он, возвращаясь к хаотично движущимся ребятам и нагоняя Аврору.
– Договорились…
***
– Посмотри на это фото. – Макс открыл галерею в телефоне. «Размытый» получился неплохо. Во всяком случае, Макс мог разглядеть рябь и мушки, и не складывалось ощущения, что это просто неудачный снимок. Разглядеть реальные черты лица он не мог даже на большом увеличении.
Перед перерывом «размазанный» вышел. Макс это заметил.
Аврора посмотрела на экран.