О чем ты пожалеешь, мой далекий друг, –
Что жизни сладкой нить прервалась вдруг?
О том, что сгинешь в мраке на века,
Или о том, что жизнь, как жало скорпиона коротка?
Ты чудной красотой меня пленила,
И в даль туманную и зыбкую манила…
О, боль моих пустых печальных дней,
Прощальным взглядом душу мне согрей!
Я начал забывать тебя, родная,
Печаль и время разлучают нас.
Мне кажется тогда, рассвет встречая,
Коснулся губ твоих последний раз…
Я проснулся от боли в груди:
Этой ночью приснилась мне ты.
Тот же смех и улыбка все та,
Неземная в глазах красота.
Четверть века спустя ты пришла,
Пусть во сне, но дорогу нашла.
Снова в танце тебя я кружил,
Снова алые розы дарил…
Жизнь пронеслась, словно скорый состав,
Мы разошлись, всю любовь не познав.
Как это страшно: прощаться любя –
С болью из сердца я вырвал тебя.
Этой ночью приснился мне сон:
Будто снова в тебя я влюблен…
Я проснулся от боли в груди –
Вместо роз там остались шипы.
Спросил я мудреца: «Скажи, отец,
Ты веришь, что нас всех создал творец?
Или мы слеплены руками сатаны,
И что являемся не бога, а его детьми?»
Качнул старик устало головой:
«Боюсь мне не найти ответ другой.
Коль в нас во всех преобладает зло,
Похоже, время сатаны действительно пришло».
Кто правит миром, Бог иль Сатана?
Или они с себя сложили это бремя,
Устав от вечности борьбы добра и зла,
Отдали власть, и миром правит время?
Летящее вперед, как Зевса колесница,
Как ветер, что покой уносит вдаль.
Порой оно сверкает и искрится,
Порой как черная печальная вуаль.
Кто остановит дней неудержимый бег,
От старости наш бренный мир спасая?
Вспять повернет теченье бурных рек,
Истории страницы наугад листая?
Союзник ада и проклятье рая,
Меж прошлым днем и будущим дилемма,
Бежит сквозь годы, судьбами играя,
Коварный враг – безжалостное время.
Будь милосердным, не вини людей:
Подобно стаду обезумевших зверей,
Они о жалости и добродетели забыли,
В их душах ненависть и злоба гнезда свили.
…Все отойдет: наступит час блаженства,
Вся эта грязь уйдет и совершенство
В их душах будет литься через край,
И воцарится в этом грешном мире рай!
Парит в просторах космоса огромный шар земной,
В безмолвии вселенной, покрытой вечной тьмой.
Переливаясь радугой божественных цветов,
Летит навстречу времени в объятьях облаков.
Волшебный мир пустынь и ледяных дворцов,
Творенье дивное неведомых творцов.
Оживший глобус, опоясанный водой,
Кружится величаво со спутницей Луной.
Жемчужина в оправе – загадка всех миров,
Светилом освещенная, в кругу семи ветров,
Плывет, играя гранями цветного хрусталя,
Планета голубая – прекрасная Земля!
Играет красками природная палитра,
В созвучье с гаммой, льющейся с пюпитра:
Ультрамарин небес и золото полей,
Рассвет оранжевый и синева ночей,
Вершины гор за млечной пеленой,
Туман, как серебро, над дымчатой рекой.
Слились в них звуки соловьиной трели
В гармонии с воздушной акварелью…
Звучит, как музыка, несущая покой,
Шедевр, написанный Великою рукой.
Ласкает взгляд едва проснувшийся пейзаж,
Лучами солнца будто созданный витраж:
Огни небес слились с прохладой над рекой,
Причудливыми бликами играя над водой…
О, сколько красок чудных осветил творец,
Придав творенью своему чарующий венец!
Осенний лист с березы золотистой
Кружась, упал в увядшую траву.
В высоком небе, голубом и чистом,
Путь держат к жарким странам журавли.
Вот так и я, подобно птице вольной,
Вернусь к тебе осеннею порой.
В тот миг, когда в природе, грусти полной,
Все о разлуке говорит с тобой.
Был трудным путь, создал его творец,
Шел по нему старик, беспомощный слепец.
Он повидал немало в пройденном пути
И жаждал побыстрее до конца дойти.
Дорогой жизни той спешил другой гонец:
Злой, глупый, неотесанный юнец.
Он был богат, красив и полон сил,
Но вряд ли людям бедным пользу приносил.
И закричал юнец на дряхлого раба:
«Освободи дорогу, старая арба!
В конце пути меня ждут слава и почет,
Посторонись, калека, я спешу вперед!»
Прошли дожди, проплыли облака;
Давно уж нет слепого старика.
А что ж юнец? – торопится вперед,
Однако он, друзья, совсем уже не тот:
Больной и нищий, старый и хромой,
Он горб несет, помеченный судьбой.
И вдруг раздался крик другого гордеца:
«Уйди с дороги, старая овца!»
И не успел горбатый голову поднять,
Чтоб всадника кричащего унять,
Сверкнула сталь меча – и больше нет "юнца";
Похоже, заслужил такого он конца.
Мой юный друг, идущий в дальний путь,
Простую истину о жизни не забудь:
Коль будешь презирать ты стариков,
Конец твой будет именно таков!
Спор завели однажды скульптор и поэт:
Чье имя в памяти людской останется навек?
Воскликнул скульптор: « Я творю из камня,
