Из-за спины Вилена появился Хон Блант тоже с излучателем в руках. Глаза его хищно горели, а оскаленные зубы резко выделялись на фоне чёрной бороды. Сейчас Блант стал похож на сказочного разбойника. Сделав несколько неуверенных шагов в мою сторону, он остановился, ища глазами, чем бы связать мне руки. Не найдя ничего подходящего, вернулся в подсобное помещение. Эвид с трудом поднялся на ноги и стоял теперь в стороне, постепенно приходя в себя.
- Ну, что же, уважаемый представитель закона! - снова заговорил со мной Вилен, поигрывая излучателем. - Вот и настало время внести ясность в наши с вами отношения.
Он сделал паузу, ожидая моей реакции, но я молчал.
- Вы, наверное, сейчас ненавидите меня и всем сердцем желаете моей смерти? Пожалуй, у вас есть на это причины. Но, к сожалению... К вашему сожалению! - поправился Вилен. - Обстоятельства изменились не в вашу пользу, и у вас не будет возможности отомстить мне, ни сейчас, ни потом. Взяв здесь на себя роль защитника «униженных и оскорблённых», вы совершенно забыли о собственной безопасности. А зря! В вашем-то положении нужно было думать, прежде всего, о себе. Эта игра с огнём зашла слишком далеко, и теперь ваша жизнь зависит от того, будете ли вы достаточно благоразумны, чтобы сотрудничать с нами.
- Что вам нужно от меня?
Я смотрел в его прищуренные глаза, лихорадочно обдумывая возможности своего спасения. Вилен усмехнулся.
- Такое начало мне нравится! Вы же умный человек, Новак. Должны понимать, что у вас нет другого выхода, как встать в наши ряды. Нам необходимы точные координаты местоположения «Чёрного Грома» и ваша помощь в качестве проводника и нашего протеже.
Вилен посмотрел на Эвида. Тот кивнул, подошёл ближе, потирая ушибленную челюсть.
- Вы хотите, чтобы я помог вам проникнуть на «Чёрный Гром»? - холодно усмехнулся я.
- А разве у вас есть выбор? - Вилен удивлённо приподнял одну бровь.
- Выбор есть всегда!
- Да, да! Вы правы. У вас действительно есть два пути: либо умереть, либо вернуться на Землю вместе с нами и стать героем космоса.
- Вернуться на Землю с преступниками и сделать их героями? Никогда! Я выбираю смерть!
- Не геройствуйте, Новак! - покачал головой Эвид Рул. - Не нужно. Всё равно никто этого не оценит. Мы даём вам реальный шанс спасти свою шкуру. Если вы не воспользуетесь этим шансом, это будет самой большой глупостью, которую вы совершали в своей жизни.
Его губы вытянулись в тонкую линию. Из кладовой вышел Хон Блант, неся кусок тонкого страховочного троса. Он остановился, вопросительно глядя то на Вилена, то на Эвида Рула. Вилен кивнул в мою сторону:
- Чего смотришь? Вяжи его!
Хон пожал плечами и направился ко мне, засунув излучатель себе за пояс. В один миг, словно озарение, в моей голове пронёсся план спасения. Хон уже накидывал веревку мне на плечи, когда я резко пригнулся, выскальзывая из его рук, подхватил его за обе ноги и, опрокинув, швырнул грузное тело прямо на Вилена и Рула. Вилен испуганно взвизгнул, отступая назад, и выстрелил наугад. Ослепительный луч огня озарил помещение. Но я уже бросился на пол, откатываясь в сторону, а мёртвое обугленное тело Хона Бланта сбило с ног стрелявшего в меня. Когда снова раздался выстрел, и ослепительный фонтан искр посыпался от стен, я уже вскочил на ноги и одним сильным движением выбил излучатель из рук противника. В этот момент, опомнившийся от неожиданности, Эвид бросился на меня сзади, пытаясь схватить мои руки. Я скинул его со своих плеч, но он изловчился, подхватил излучатель, выпавший из рук Вилена, и нажал на спуск. Белый шипящий луч прошёл по дуге, высекая снопы искр и клубы едкого дыма.
Я снова упал на пол, стараясь увернуться от смертоносного огненного меча, прислонился спиной к стене. В дыму появились очертания грузной фигуры, надвигавшейся на меня. Метнувшись ей навстречу, я почти наугад ударил ногой вперёд. Вспышка огня снова озарила помещение. Когда дым немного рассеялся, я увидел на полу три мёртвых тела. Ближнее ко мне было рассечено надвое и сильно обуглилось. И всё же я узнал в нём тело Хаима Вилена. Два других принадлежали Эвиду и Хону Бланту. Опустившись на пол, я положил руки на колени, чувствуя, как горит от ожога мой лоб. Страшная усталость накатилась на меня, словно всё это время я нёс на себе непосильный груз, и вот, наконец, сбросил его. На душе чувствовалась пустота и холод. Я смотрел в пространство перед собой и ничего не видел. Одно желание осталось у меня сейчас – лечь где-нибудь под ночным земным небом и долго-долго смотреть на звёзды...
- Не больно, Максим? Придётся потерпеть!
Кита Мукерджи аккуратно бинтовала мою голову. Я терпел, хотя боль была тупой и настойчивой, а бинты пропитались мазью от ожогов и прилипали ко лбу.
- О чём ты думаешь?
Тёмные глаза врача «Чёрного Грома» пристально смотрели на меня. Глубина в этих глазах была сравнима разве что с глубиной вечного Космоса, хотя я прекрасно знал, что космос гораздо глубже наших мыслей, и бесконечнее нашей памяти.
- О чём? О многом... и ни о чём.
- Так не бывает, Максим! - улыбнулась Кита.
