Правда, был такой факт, который все же мог оправдать отца Феодора. А именно — Еленина догадка по поводу леденцов с таволгой. Вот так глупо бывший оперативник точно бы не подставился. Но никто же не мешал ведьме проверить свои подозрения.
Она не знала, где искать монаха. А потому решила начать с его кельи. Каблуки знакомо стучали по лестнице и по дубовому паркету келейного корпуса. Привычная обувь поднимала настроение. Елена быстренько взбежала на третий этаж, торопливо просеменила к двери кельи и постучала. На самом деле она никак не ожидала, что такой занятой начальник службы безопасности монастыря может оказаться в своей комнате. Но дверь открылась.
— Здрасти, — выпалила Елена и растерялась.
В ответ ей кивнули. Перед ней стоял… мент в рясе. Как-то иначе описать этого хмурого мужчину с усталым бородатым лицом было трудно. Почему-то в голову пришла шальная мысль: хорошо, что Алека сейчас тут нет. Маг вполне мог радостно озвучить ассоциацию по поводу «мента в рясе», пусть представителей закона уже не первый год как переименовали в полицейских.
— Отец Феодор, — скинув с себя растерянность, бодро вступила Елена. — Мне нужно было бы поговорить с вами…
И тут до нее дошло, что она рвется в келью к монаху. Черт, так и до комплексов недалеко с этим монастырем! Все же как-то трудно нормально общаться с божьими людьми. Да еще и на их территории.
— Мне можно войти? — уже совсем потерянно спросила Елена.
— Можно, — так же хмуро заявил отец Феодор и зачем-то окинул взглядом коридор за ее спиной.
Елена шагнула в небольшую комнату. Да, иначе как кельей, это не назовешь. Хотя вполне уютно, хоть и весьма аскетично. Узкая койка, небольшой шкаф, узкий стол, стул с прямой спинкой, пара полок с книгами. Ни ковров, ни покрывал. Жалюзи на окнах. Практично и… безлично.
— Наверное, стоит объяснить, я… — Елена решила произвести хоть немного приятное впечатление, а потому начала беседу классически с представления.
— Я знаю, кто вы, — сухим тоном перебил монах, пройдя к столу у окна. — Отец Георгий мне рассказал.
— Мне Егор о вас тоже рассказывал. — Ведьма отбросила все благие намерения, задетая суровостью отца Феодора.
Бывший опер вперил в нее изучающий взгляд. Похоже, его задело, как ведьма обращается к их игумену.
— Честно, я как-то уже устала оправдываться, — нервно поправив узел в волосах, заявила Елена, прислонившись к углу шкафа пятой точкой и по-наполеоновски сложив руки на груди. — В России свобода вероисповедания. Ну, не живу я в вашем монастыре! И что? На врага номер один я тоже, знаете ли, не тяну. Я сюда вообще-то помогать приехала.
— Спасибо, — так же холодно, не отреагировав на ее речь, сказал монах. — Мы, я уверен, справимся.
— Да и справляйтесь. — Теперь уже губы ведьмы растянула привычная ироничная усмешка. — Я не вам помогаю. А Егору. И уж извините, вы всем монастырем тут справиться не сможете!
Наконец-то в старом опере что-то дрогнуло. Он окинул Елену изучающим взглядом. К счастью, совершенно не мужским.
— Почему? — кротко спросил он.
— Вы же верите в чудеса? — В глазах Елены промелькнул хитрый огонек.
— Бог являет нам чудеса, — без пафоса отреагировал монах.
— Именно! — Ну, куда уж она без своего любимого словечка. — А в детстве вы сказки читали?
— Родители рассказывали. — На лице монаха промелькнула тень улыбки.
— Верно. И согласитесь, религия — это одно, а сказки — другое, — продолжила ведьма свою женскую логическую цепочку, которой она обычно всегда ставила своих собеседников в тупик. — Но и та и другая сторона играет по своим правилам.
— Ага. — Монах чуть усмехнулся. — В сказки я в детстве тоже верил. И что?
— Да ничего, — пожала плечами ведьма. — Но вот вопрос: Егор к какой стороне относится?
Миг подумав, отец Феодор насмешливо фыркнул.
— Примерно уловил, — сообщил он. — Что вы хотели?
— Информацией поделиться, — призналась Елена. — Все-таки преступники сегодня вернутся. Хотелось бы их тепло встретить.
— А! — Он опять кивнул. — Вот чья это идея. Отец Георгий говорил.
— Можете не верить, — миролюбиво предложила ведьма. — Я сама была бы счастлива ошибиться. Но хочу все же быть готовой, если не ошибусь.
— Так чего хотели-то? — Отец Феодор опять сделал вид, что стремительно теряет интерес к разговору.
— Я знаю, где было снотворное, — спокойно сказала Елена.
Монах бросил на нее острый взгляд. Умела она достать, когда надо.
— Ладно, — сдался он. — От меня что надо?
— Я поделюсь тем, где оно было, — деловито продолжила ведьма. — А вы поможете мне понять, как оно там оказалось.
— Ну, и? — все тем же чуть ли не скучающим тоном осведомился этот непрошибаемый мужик.
— В ваших леденцах, — мило отозвалась Елена почти медовым тоном.
— Что? — Вот тут его дернуло! Потрясенный монах выпучил глаза. И Елена для себя решила, что все-таки Егор насчет отца Феодора был прав. Мужик реально потрясен. Так не сыграешь. Да еще и при ведьме, которая отлично чувствует ложь.
