– Ты еще не застал того, как он на меня кричал! – с обидой сказала девушка. – А бедного мистера Финнегана вообще чуть не убил!
– А следовало бы, – холодно произнес сэр Уильям. – И ты свое заслужила: поддаться на такую явную провокацию, обмануть меня и ни слова не сказать инспектору! А если бы мы с ним опоздали?!
– Ох, дядя, я все осознала, прости, прости!
Сэр Уильям не стал развивать эту тему: у него уже состоялся с племянницей серьезный разговор, и девушка обещала отныне быть тише воды, ниже травы.
– Читать дальше?
– Да, пожалуйста.
– Собственно, уже почти конец. «Зет хитростью заманивает ничего не подозревающих Мисс О и вашего покорного слугу в ловушку. Место встречи выбрано не случайно: совсем рядом проходит праздничная процессия, и Зет рассчитывает незаметно осуществить свой коварный замысел, когда всеобщее внимание будет привлечено к королевскому кортежу.
Не желая испытывать терпение читателя, скажу: в самый последний момент доблестный инспектор спас жизнь Мисс О и арестовал Зет. Теперь отравительницу ждет суд. На процессе выявятся новые подробности, о которых сейчас газета вынуждена молчать.
Кто же такая эта Зет? Чудовище, жестокое и мстительное от природы? Или мать, чей рассудок помутился от горя? Присяжным предстоит принять нелегкое решение».
Перевернув страницу, сэр Уильям прочел благодарственное послание королевы Виктории своим подданным, затем аккуратно сложил газету и завел разговор о погоде.
После прочтения статьи сэр Уильям счел полицейскую тему на сегодня исчерпанной. Он не собирался больше к ней возвращаться, однако ему пришлось: вечером, когда они с Патрисией спустились в гостиную, дворецкий Миллер передал ему письмо.
– Посыльный только что доставил, сэр, – сообщил он и добавил с торжественным видом: – Обед будет подан через десять минут.
Пожилой джентльмен достал из конверта небольшой листок бумаги, исписанный четким почерком, и удивленно поднял брови.
– Это от инспектора Найта, – сказал он. – Так… Он уверен, что мы уже прочли эту кошмарную статью в «Сандей Таймс»…
Он замолчал, быстро дочитал короткий текст до конца и сложил записку. Патрисия, усиленно притворявшаяся, что ей совсем не любопытно, небрежно поинтересовалась:
– Ничего сногсшибательного?
– Ничего. Инспектор благодарит меня за то, что я поднял тот пузырек, который Барбара Купер попыталась выбросить. В нем оказались остатки нитрата стрихнина. Еще он сообщает важную вещь: у него имеются признательные показания и достаточно улик, чтобы передать дело в суд. Так что ему удалось добиться, чтобы нам с тобой не пришлось выступать на процессе. Это очень любезно с его стороны.
– А обо мне он упоминает? – с надеждой спросила девушка.
– Косвенно и во множественном числе – в компании со мной, – усмехнулся ее дядя и процитировал: – «Я настоял, чтобы вас обоих не привлекали в качестве свидетелей».
– Как хорошо! – разочарованно сказала Патрисия.
– Инспектор Найт – достойный молодой человек, – задумчиво произнес сэр Уильям, – он мне симпатичен. Однако его профессия и твоя… эээ…
– Ты можешь не тревожиться по этому поводу, дядя, – ровным тоном пообещала девушка. – Мы с инспектором поклялись друг другу не встречаться больше никогда.
* * *
