Наконец ее привели в комнату с черными бархатными шторами. На стенах висели картины — абстракции с часами из разных времен… Кажется, Василиса бывала здесь раньше.
— Тебе так кажется. — возразил Ярис. — Есть такие комнаты, которые похожи на комнаты из других замков.
— Так что тебе показалось. — добавила Дейла.
— Я поняла. — кивнула Василиса.
Она очнулась от безучастного состояния, лишь когда увидела перед собой лицо Мортиновой, какое-то невероятно спокойное, и от этого особо зловещее.
— Как жаль, что Астрагора нет сейчас в замке, — пропела Елена. — Ох, как он не любит, когда по его владениям ходят без спросу… Он не щадит даже самых преданных ему… Помнишь, Войт, когда ты самовольно залез на крышу? Тебя чуть не скинули вниз, несмотря на то что ты один из старших.
От этого засмеялись Рэт, Фэш, Захарра и Примаро.
— Ну, Войт как всегда! — засмеялся Рэт.
— Даже если он старший! — согласилась с ним Захарра.
На лице Войта появилось странное надменно-брезгливое выражение: ему явно не понравилось, что Елена вспомнила об этом неприятном для него инциденте. А может, ему не нравилась и сама Елена.
— И то и то Василиса! — ответил Рэт, ещё смеясь.
— Ну конечно Елена никому не нравилась. — холодно усмехнулся Нортон.
— Это факт. — согласился Марк.
— Ага, кто бы говорил. — хмыкнул Ник.
— Я думаю, этой нахалке, которая вечно лезет везде, — в голосе Мортиновой прозвучала настоящая ненависть — холодная, застарелая, давно сдерживаемая, — постоянно грубит, не подчиняется правилам, вмешивается в дела, которые вообще ее не касаются! — Чтобы продолжить, ей пришлось перевести дух, так она разозлилась от собственных слов. — Девчонке надо присудить сильное наказание. Действенное. Например, пороть плетьми, пока сознание не потеряет. Астрагор наверняка одобрит…
— А она вот я заметил слишком много говорит. — призадумался Лазарев.
— Вот реально очень болтливая особоа. — согласился Родион.
— Ну, её уже как бы с нами нет. — развела руками ЧК.
Василисе понадобились все силы, чтобы сохранить безразличный вид. Какой ужас, неужели ее будут избивать здесь до полусмерти? Хотя, если исполнением наказания займется госпожа Мортинова — ей точно не выжить. Василиса со злостью посмотрела на Фэша, с каменным лицом взиравшего на происходящее. Если бы она с ним не болтала, то, может, и успела бы убежать!
— А смысл?! — поняла Василиса.
— Хорошо, что ты это поняла! — одобрил Фэш. — Смысл бежать, если я бы тебя бы и так спалил!
— Ну вот такая вот у меня логика.
— Великий Астрагор не одобряет, когда решения принимают без его участия, — сухо произнес Войт. — Девчонку следует запереть в нижних подземельях на несколько дней… До его возвращения.
— Всецело с вами согласна, любезный Войт Драгоций, — вновь пропела Елена. — Но пусть ее хотя бы не кормят. Должно же быть своевременное наказание.
— Не переживайте, уважаемая госпожа, — подал голос Рок. — Находиться внизу — уже достаточная кара. В наших камерах не предусмотрено каминов.
— Как я ее назвал?! — переспросил Рок.
— Уважаемой госпожой. — пояснил Фэш.
— Господи, кошмар…
Войт схватил Василису за локоть, причем довольно грубо, и потащил за собой. Девочка не сопротивлялась, лишь послала Фэшу ненавидящий взгляд, — впрочем, мальчишка даже не смотрел на нее.
И вот она здесь, в тесном, холодном и сыром помещении, лежит на охапке соломы, накрытой заплесневелым от постоянной сырости пледом неопределенного цвета. От каменных стен тянет холодом, сводящим мышцы рук и ног до судорог. Если она не будет двигаться, то обязательно замерзнет.
— Сделай упражнения. — предложил Лёшка. — Может получится…
— Не получилось… — вздохнула Василиса. — Я заболела…
— Блин… — на одном дыхании произнесла Дейла. — Сестра, ну куда ты лезешь?
Василиса встала и принялась делать махи руками и ногами — получалось вяло, зато ей стало немного теплее. К сожалению, у нее появился сухой, неприятный кашель, и с каждым разом он звучал все надрывнее.
Еще через несколько часов у нее повысилась температура: пребывание в холодном помещении не прошло даром. Запылали щеки, нос, лоб, а горло будто сжало тугой плетью, — ее залихорадило.
— Мда уж… — посочувствовал Рэт. — Я тоже сидел, и мне вообще там самому было не приятно.
— Полностью согласен. — кивнул ему Примаро.
— Да кому там приятно сидеть? — подал голос Рок. — Даже я там сидел.
Сколько прошло часов? Она не знала. Может, целые сутки, двое? Но больше всего Василису мучил голод. Пожалуй, никогда еще в жизни она не находилась в таком ужасном состоянии: есть хотелось так, что желудок выворачивало наизнанку. Даже чувство страха притупилось… Что толку бояться встречи с Астрагором, если она, похоже, просто умрет от истощения?
— Жалко тебя… — вздохнул Норт.
— О, щас будет депрессия из — за Фэша скорее всего. — предупредила Василиса.
— Всмысле?! — не понял тот.
— Ну типа маленькая депрессия. Почти тип.
— Ну — ка…
— Щас узнаешь.
