Треугл встал на лапы и, вложив все свое презрение в еще одно «мяу», развернулся к Василисе хвостом.
Этого она уже стерпеть не могла: подавшись вперед, девочка схватила этот злосчастный черный хвост и дернула изо всех сил.
— Больно между прочим. — закатил глаза Фэш.
— Я аж представил! — скукожился Маар.
— Очень больно, когда тебя за хвост берут!
Треугл издал громкий, обиженный вопль и, мигом очутившись по ту сторону решетки, зашипел на нее, обнажая длинные зубы-иглы.
— Так тебе и надо, предатель, — дополнила Василиса и отвернулась.
Через несколько секунд она не выдержала и вновь взглянула за решетку, но треугла в коридоре уже не было. На душе у Василисы сделалось мерзко-мерзко: конечно, она была благодарна Фэшу за хлеб, но простить его никак не могла.
— Затем простила. — облегченно выдохнул Фэш.
— Ты спокоен? — спросила Василиса, улыбнувшись.
— Спокоен. Конечно.
В коридоре раздались шаги — сюда шло двое или трое. Погрузившись в невеселые думы, Василиса не сразу осознала, что решетка вдруг исчезла и кто-то вошел в камеру.
Но вот из полумрака подземелья выплыла знакомая фигура, похожая на черную трость. Дрожа от ужаса, Василиса поднялась на ноги.
— Всмысле?! — удивился Лёшка.
— Что произошло? — задрожал Норт.
— Что случилось?! — добавил Рэт.
— Боже, я боюсь… — вздохнул Маар.
На какой-то миг ей показалось, что она снова находится в своем самом страшном сне, но теперь кошмар имеет продолжение.
— Ну, здравствуй, черная ключница, — проскрипел Астрагор. — Признаться, немало удивлен создавшейся ситуацией, весьма щекотливой.
— Чтооооо?! — произнесли почти все.
— Что?! — удивилась Гроза. — Откуда?!
— Ой — ей… — испугался Ник.
У Василисы даже волосы на голове зашевелились от страха, — ее воля ослабла, и она отступила, закрыв глаза. Будь что будет, у нее больше не было сил сопротивляться.
Внезапно раздался громкий, торжествующий смех.
До ужаса знакомый…
— Всмысле? — спросил Норт.
— Что такое? — добавила Маришка.
— Он ушёл? — поинтересовалась Диана.
Василиса открыла глаза и чуть снова не зажмурилась: ей совсем не хотелось видеть Елену да еще так близко. Часовщица пришла в белоснежном длинном платье, украшенном черным кружевом. На аккуратно уложенных волосах красовалась миниатюрная черная шляпка, шею овивал жемчуг. Елена просто лучилась здоровьем и свежестью и как-то совершенно не вязалась с окружающей унылой обстановкой.
— Выходи, Марк, — произнесла госпожа Мортинова, щелкнув пальцами. — Фокус с Астрагором уже закончился.
— То есть все это время был ваш с Еленой тупой пранк?! — Дейла повернулась к Марку на 180°.
— Ну да! — ответил тот. — Ты сама же знаешь, что мы с Еленой были очень жестокими.
— И пугать мою лапочку?!
— Ой, можно подумать, что ты любила Василису!
— Но сейчас смотря на всё это…
— Капец… — цокнул Миракл. — Я продолжу!
Ухудшая и без того неважное самочувствие Василисы, в камере появился златоключник — очевидно, он прятался под крыльями.
— Отличный розыгрыш, — подобострастно произнес он. — Ваше мастерство перевоплощения не имеет границ, моя госпожа.
Елена послала ему одобрительную улыбку.
— Меня так тошнит уже! — признался Марк.
— Не только тебя. — призналась Василиса. — Так мерзко было.
— Ты такой милый мальчик, Марк. Я уверена, что при твоих талантах ты далеко пойдешь в своей жизни и достигнешь многого. Но вернемся к нашим делам.
Она повернулась к Василисе, окинув ее внимательным взглядом. По-видимому, Мортинова была удовлетворена осмотром, потому что ее лицо расплылось в довольной, широкой улыбке.
— Лицемерка. — цокнул Лёшка.
— Ей наоборот в кайф, что Василиса попала в передрягу. — пожала плечами Диана.
— Мда, так бесит.
— Как ты понимаешь, дорогуша, я хочу задать тебе несколько вопросов.
Василиса, еще дрожавшая после появления лже-Астрагора в лице Мортиновой, тут же выпрямилась.
— Мой отец знает о том, что я здесь?
Елена чуть улыбнулась, на миг прикрыв ледяной взгляд длинными, ярконакрашенными ресницами.
— Ну что ты, конечно нет. — Она поцокала языком. — Зачем беспокоить Нортона по такому неважному делу? Хотя ты права, вряд ли ему понравится, что его дочь бегает по чужим замкам.
— Слова противоположны происходящему. — вздохнул Родион.
— Узнаю. — пожал плечами Нортон.
— Мда… — протянул Марк.
— Я хочу видеть отца! — со злостью выкрикнула Василиса.
Улыбка исчезла с лица Мортиновой.
— Перебьешься… Надеюсь, ты его вообще больше не увидишь.
В коридоре снова послышались шаги. Услышав их, Василиса даже испытала некоторое облегчение. Решетка вновь исчезла, пропуская худую, ссутулившуюся фигуру Рока, затянутую в черный мундир.
— Старый ты уже Рок. — улыбнулся Рэт.
— Стареешь. — добавил Примаро.
— Хотите в подземелье? — с улыбкой спросил Рок.
— Да. Заодно вдвоём. Одеяло нам только дай, чтобы мы…
— Примаро! — покраснел Рэт.
Невольно Василиса подумала о том, как сын похож на своего отца, — такой же худой, мрачный, неприятный, с колючим взглядом.
— С вашей стороны было весьма нелюбезно не дождаться меня, госпожа Мортинова, — сухо произнес он. — Не забывайте, что вы в нашем замке всего лишь гостья.
— Забывает всегда. — цокнула ЧК.
