Знакомые черты заострились, кожа приобрела оттенок праха, который ветер носит на кромке. Когда-то яркие, брызжущие лазурью глаза полностью заполнила чернильная тьма. Её было так много, что из глазниц вырывались маленькие язычки чёрного пламени и трепетали, словно живые. Тело Тристана было окутано полупрозрачной дымкой.
– Стражи…
Он шевельнул пальцами, и Морган неожиданно упал на одно колено. Рука с полыхающими в браслете камешками так и осталась вытянутой вперёд. Морган застонал, скрипнул зубами, борясь с переставшим подчиняться телом. Поражённая, ослабшая после бессмысленной битвы, Мина могла лишь наблюдать. В голове сделалось пусто.
– Пришли за мной? – Тристан высокомерно ухмыльнулся почерневшими губами. – Ну попробуйте. Развейте скуку…
Он сложил пальцы в горсть. Морган зашипел, словно от сильной боли, затрясся всем телом. Мину будто выдернуло из вязкого отупения. Она рухнула на пол, встряхнула Моргана за плечи:
– Мор!
У того закатились глаза. Он силился что-то сказать, но не выходило.
– Вижу, вы слишком заняты, – подчёркнуто вежливо сказал Тристан. – Если вы не собираетесь меня арестовывать, то, с вашего позволения, я вас покину. Я теперь свободен как никогда!
Мина быстро обернулась на него, но никого уже не увидела, зато услышала слова:
– Ни боли. Ни страха. Только вечность…
Смех Тристана долго раздавался из глубины мастерской, казалось, он отражался от стен, сотрясая их, раскачивая само основание дома, готовое сдвинуться, чтобы упасть в Пустоту.
Смех мага стих. Теперь Мина слышала доносимый ветром хрустальный перезвон и чувствовала, как содрогаются и раскачиваются стены мастерской. Неужели Тристан решил уничтожить дом вместе со стражами?!
Мина обмирала от ужаса, но посмотрела Моргану в лицо. Оно застыло, словно сведённое судорогой, как и правая рука, продолжавшая сжимать кинжал, и тело, осевшее на пол. Он тяжело дышал. Морган был жив, это означало, что у них есть надежда побороться за себя.
– Явник! – Вспомнив о зелье, Мина полезла в сумку на поясе Моргана.
Они не выходили на дежурство без запаса волшебной настойки, которая поддерживала магическую концентрацию. У них было четыре флакончика – целое богатство!
Мина влила содержимое одного из них в рот Моргану, а второй, подумав, выпила сама. Борьба с тенями забрала слишком много сил.
– Во что он превратился, – с трудом ворочая языком, пробормотал Морган, когда явник начал действовать.
– Тристан переполнен магией Пустоты. Можешь встать?
Она перехватила его под руки. Ей, конечно же, не хватило сил, чтобы удержать высокого и крепкого мужчину, но Морган сам рывком вздёрнул себя вверх. Несколько мгновений он покачивался и стоял, широко расставив ноги. Мина с тревогой ждала.
– Какая-то дрянь… – прошипел он.
Морган застонал и опять упал на одно колено, быстро, но тяжело поднялся. Кинжал выпал из руки, и Мина подобрала оружие. Левая рука, на которую был надет браслет, повисла. Мине почудилось, что вокруг кисти и чуть выше образовалась тёмная дымка.
Осмотревшись, она довела Моргана до стула рядом с верстаком. На стене висели инструменты: пилы, различной формы клещи и молотки.
– Куртку… помоги снять, – попросил Морган, потянув за рукав.
Его взгляд всё время куда-то уплывал, затуманивался. Осталось два флакона явника. Тратить их так быстро не стоило. Несмотря на странную слабость, Морган старался держаться, сжимал зубы.
Вместе они разобрались с форменной курткой. Мина использовала свой жетон для освещения. Правда, огонь неспящих вышел тусклым. Не так много осталось магии. Она восстанавливалась, но пока недостаточно.
– Разорви рукав. – Морган положил левую руку на верстак.
Мина, воспользовавшись кинжалом, вспорола ткань рубахи и охнула:
– Что он сотворил…
Браслет, плотно обхвативший кисть мага, потемнел, камешки потускнели, а из-под плетения украшения под кожей Моргана ветвились чёрные дорожки. Они уходили выше, к плечу, словно материя Пустоты заполняла сосуды. Мина нервно отогнула ворот на шее Моргана и прикусила губу, чтобы сдержать отчаянье.
– Надо снять. – Второй рукой он попытался сорвать с себя артефакт, но тот словно сросся с кожей и нервами.
Морган покрылся испариной и скрипел зубами.
– Вместе…
Мина принялась помогать, но браслет не поддался. Морган не мог видеть себя со стороны, а у неё затряслись ноги, потому что чернота не остановилась, продолжая путь по телу.
– Браслет убьёт тебя, – прошептала Мина, сдерживая слёзы.
Она отказывалась верить, что её любимый умирает на глазах. Кажется, Морган и сам не до конца понимал, что происходит. Он пока ещё дышал, чувствовал, но с телом творится что-то непостижимое и ужасающее.
– О Мор! – Мина прильнула к любимому, обхватила насколько смогла, поцеловала, ощутив, как холодны его губы.
– Соберись, Дюран! – хрипло потребовал он. – Сейчас ты главная…
– И я придумаю, как нам выбраться!