В творчестве китайских поэтов первой трети ХХ в. в образе гуся находят развитие традиционные мотивы, например, мотив одиночества, ностальгии, но и добавляются новые, что, очевидно, связано с влиянием европейской литературы на китайских поэтов в первой трети ХХ в.
В русской поэзии с художественным смыслом образа гуся в китайской поэзии соотносится семантика образа лебедя. "Весьма сложный символ" — так определяет образ лебедя Х. Э. Керлот [Керлот 285].
В европейской традиции этот образ характеризуется как "романтический, противоречивый символ света, смерти, преображения, поэзии, красоты и меланхолической страсти" [Трессидер], с ним связан ряд устойчивых мифологических сюжетов, к которым мы обратимся ниже.
В русской литературе, как и в европейской литературе в целом, спектр художественных смыслов образа лебедя обширен. Значение образа лебедя в русской лирике начала ХХ в. базируется на русской и в целом на славянской фольклорной и мифопоэтической традиции, а также на традиции русской классической поэзии.
Источник: У Хань, "Орнитологические образы в русской и китайской поэзии первой трети XX века" (диссертация), Волгоград, 2015
* * *Чэнь Мэнцзя — поэт, близкий группе "Новолуние".
Выходец из семьи протестантского священника, пронизанной атмосферой религиозности, Чэнь Мэнцзя привнес в свои стихи идеи фатализма. Его поэзия несла привкус декаданса: поэт "скорбит на собственных похоронах", человек для него "одинокая звезда", "плывущее облако"; он видит смерть и кровь, ему кажется, что в хаосе сражений брат убивает брата, ибо "дьявол вселился в их души". Идеи гражданской, освободительной войны были ему непонятны и чужды.
Источник: "В поисках звезды заветной", 1988
<p><strong>Перевод: У Хань</strong></p><p id="poem_835"><strong>Дикий гусь ("Я люблю осеннего дикого гуся...")</strong></p>Я люблю осеннего дикого гуся,Вдаль летит он от зари до зари, усталости не зная.Он мою судьбу напомнил мне,Надо мною с песней пролетая.Он никогда не спрашивает,В каком облаке остается его песняОн только поет, и легкое крылоРазрывает ночи покрывало.Я хотел бы диким гусем статьИ забыть все.Когда я вспоминаю о чем-нибудь,То это не вызывает во мне ни ненависти, ни радости.Источник: У Хань. "Орнителогические образы в русской и китайской поэзии первой трети XX века", 2015
<p><strong>Перевод: Черкасский Л.Е.</strong></p><p id="poem_836"><strong>Дикий гусь ("Дикий гусь в полночной тишине...")</strong></p>Дикий гусь в полночной тишинеВдаль летит, усталости не зная.Он мою судьбу напомнил мне,Надо мною с песней пролетая.Пусть ее далеко унесло, —И со мною так не раз бывало, —Он поет, и легкое крылоРазрывает ночи покрывало.Я хотел бы диким гусем статьИ, забыв навеки цену слова,Над землей летать, летать, летать,Отрешившись от всего земного.Источник: "Китайская поэзия (Л. Черкасский)", 1982
<p id="poem_837"><strong>Звезда ("На меня ты смотришь с грустью тайной...")</strong></p>На меня ты смотришь с грустью тайной,Словно хочешь что-то мне сказать.Нет, пожалуй, лучше промолчать:Вдруг внизу ослышатся случайно.Дни, как кони быстрые, промчались,Жизнь не доверяет словесам:Ты пойми, коль сможешь, сам —Слов красноречивее молчанье.Источник: "Сорок поэтов", 1978
<p id="poem_838"><strong>Лютня ("Будто лютня поет у границы мечты...")</strong></p>
