Стоя на косогоре, мы вглядывались в густую темноту, пока не увидели на огромном расстоянии тусклый луч света – в далекой долине по дороге ехал автомобиль. Возвращаясь к джипам, мы мысленно настроились в любой момент услышать хлопки выстрелов, возвещающие о столкновении с конным патрулем. Я ничем не мог помочь своим людям, но не переживал: уж они-то не такие дураки, чтобы ходить без оружия.
Мы вернулись к обрыву и узнали, что немецкий патруль туда не добрался. Но дело продвигалось тяжело, перекопанная земля оказалась слишком влажной, и первый же джип немедленно завяз. Мы трудились большую часть ночи, пока я не приказал возвращаться.
Наше чудесное спасение от немецких всадников я не обсуждал с Сандерсом день или два: значение этого маленького эпизода прояснилось далеко не сразу. После него между нами возникла особенная связь. Мы не просто вместе пережили опасность, а действовали с молчаливым взаимопониманием: он одновременно со мной осознал, что не нужно стрелять по двум всадникам, когда сзади подъезжают еще пятеро, опустил руку, будто по моему приказу, и тут же, без малейшей заминки, поддержал мою попытку изобразить пастуха, который направляется куда-то по делам со своим псом. Мы, не задумываясь, читали мысли друг друга.
Я рассказал обо всем Кэмерону – как умудрился снабдить своих людей пистолетами, карабинами, томмиганами, гранатами, кинжалами и дубинками, а сам напоролся на немцев, не имея в кармане даже перочинного ножа. Но рассудительный шотландец не впечатлился.
– Все хорошо, что хорошо кончается, разве нет? – ответил он. – Будь вы вооружены, вы, может быть, и семи немцев не испугались бы. И чем бы тогда все кончилось? Пускай это будет всем нам предупреждением на будущее: не оставляй пистолет в джипе, если куда-то уходишь.
Джок Кэмерон слишком хорошо меня знал: впоследствии я включал эту историю в свои бесчисленные лекции о вреде самоуверенности.
Инженер очень огорчился. Я приободрил его, сказав, что всему виной разразившийся прошлой ночью ливень. Он посоветовал мне несколько мест южнее, где можно попробовать взобраться в горы, и отправился восвояси, оставив мне план Альбероны. Я и не надеялся когда-либо снова его встретить, но уже на следующий день мы вместе бурно пировали в результате обстоятельств, о которых я сейчас расскажу.
Мы отправились на юг проселками по ничейной полосе у подножия холмов. В деревеньке близ Трои местные мне рассказали, что утром тут проезжали британские броневики. Немного порыскав по лесу, мы обнаружили их лагерь. Это был канадский бронеполк, веселые парни, передовой отряд своей дивизии. Их командир тут же поделился со мной информацией о ситуации в горах. Для моих планов она оказалась удручающей: дивизия повсеместно вступала в бой с противником, заставляя его отходить. Присмотренный мною открытый фланг схлопывался на глазах.
За выпивкой в палатке офицерского собрания полковник между делом обронил, что на завтра перед ним поставлена задача захватить деревню Альберона. Я сообщил, что знаю это место и был там буквально утром. Полковник с удивлением посмотрел на меня:
– Как это? Разве ее не удерживает противник?
– Еще как удерживает. Давайте я покажу вам, как выглядят их позиции, – ответил я и достал из кармана великолепный план, начерченный кадастровым инженером.
Полковник смотрел с подозрением. Даже самый храбрый человек (а полковник был и смел, и мудр) будет чувствовать себя неуютно в компании безумца. Я понял, что мне нужно немного рассказать о себе и о сути деятельности PPA, но полного успеха не достиг. Боюсь, что я был не до конца честен и не раскрыл всех своих источников. Вдруг меня осенило, что было бы неплохо завтра увязаться с канадцами и разок поучаствовать в обычном бою. Идея тут же меня захватила, и я предложил провести полк через горы в деревню сверху, так сказать, с черного хода, поскольку парадный (главную дорогу) штурмовать бесполезно: там нас встретят взорванный мост и пулеметные гнезда в узкой теснине.
– Отсюда, – я показал маршрут на плане.
Полковник сомневался, но, как человек решительный, сказал:
– Хорошо, ведите, но сначала поедем по главной дороге. Если мост взорвут, то посмотрим.
Следующим утром, к сожалению, мы опоздали к месту сбора на пять минут и не могли нагнать головные машины, пока колонна не остановилась на последнем повороте перед тесниной. Мы поравнялись с броневиком полковника, и командир с улыбкой сказал:
– А, вот и вы. Вставайте за первым взводом роты «B». Они пойдут первыми.
