Согласно изначальному плану, мы рассчитывали прибыть на два дня раньше: два ливийских араба, которых я взял с собой, должны были отправиться в Барку и, встретившись там с соплеменниками, собрать сведения о противнике и принести их в наш лагерь, из которого в ночь на 13‐е мы собирались начать атаку. Из-за происшествия в Песчаном море мы оказались на месте слишком поздно, чтобы воплотить задуманное. Но присутствие танков тем более требовало собрать информацию о том, что же творится в Барке. Джейк решил отвезти моих арабов так близко к городу, насколько это было возможно при свете дня, а высадив их, вернуться в лагерь. Я дал арабам задание побыстрее собрать всю возможную информацию и в пять вечера того же дня явиться ко мне в Сиди-Селим, гробницу шейха, расположенную километрах в десяти от Барки. Я выдал им денег – пожалуй, больше, чем нужно. Небольшой запас времени, которым они располагали, вряд ли позволял вызнать что-то полезное, но другого выхода у нас не было.
Я остался в лагере и выслал разведчиков с заданием останавливать любых арабов, обнаруженных поблизости, и доставлять их ко мне. Цели мои были двояки: добыть информацию и одновременно не допустить, чтобы новость о нашем присутствии дошла до итальянцев. К обеду у меня собралось с десяток арабов, которые достойно приняли свое временное заключение. Один из них накануне побывал в Барке и подтвердил прибытие нескольких танков; а еще он слышал, будто в большом воинском лагере в Эль-Абьяре, расположенном в пятидесяти километрах к западу, сосредоточилось двадцать тысяч солдат.
Все утро оба наших отряда лениво чистили оружие и приводили в порядок снаряжение, а затем устроились спать в тени грузовиков. В три часа Изонсмит собрал всех под деревом и поставил задачи.
У противника, в основном представленного итальянскими частями, здесь был небольшой аэродром на окраине города, в двадцати пяти километрах от нас. Там стояли самолеты. А штаб располагался на главной улице города, в отеле. Гарнизон, каким бы он ни был, размещался в казармах за городом на дороге в Эль-Абьяр. Возможно, в распоряжении врага было несколько легких танков. А также легкие зенитные установки.
У нас – два патруля LRDG. В сотне километров к юго-западу, на окраине Бенгази, – британская рейдовая группа. А основные наши силы – под Эль-Аламейном, почти в девятистах километрах на восток.
План майора заключался в том, чтобы ближайшей ночью уничтожить самолеты на аэродроме и одновременно для отвлечения внимания ударить по штабу и казармам. В мою задачу входило в четыре часа дня отправиться на джипе в Сиди-Селим, дождаться возвращения моих арабов, разобрать принесенные ими сведения и быть готовым доложить обстановку по прибытии основных сил.
После ужина в шесть с четвертью, с закатом, два патруля под командованием Изонсмита выдвинутся в Сиди-Селим и прибудут туда к семи. Радиогрузовик патруля «Т» останется там, чтобы поддерживать связь со штурмовой группой Стирлинга в окрестностях Бенгази. Тут же будет находиться наш военврач Дик Лоусон, чтобы, в случае необходимости оказать помощь раненым.
В девять вся группа выдвинется из Сиди-Селима в Барку. На окраине надо будет разойдись: патруль новозеландцев двинет на аэродром, гвардейский – к казармам, а Попски с одним из грузовиков гвардейцев блокирует дорогу из города.
Для отставших была указана точка рандеву.
Когда Джейк закончил, я, используя карты, аэрофотоснимки и даже почтовую открытку, рассказал о городе и его зданиях, которые хорошо знал, в надежде, что это поможет парням быстрее сориентироваться в темноте. В Барке две улицы, построенные итальянцами, формируют Т-образный перекресток, и там, где они сходятся, располагаются площадь и железнодорожная станция. А вокруг этих двух улиц ветвится лабиринт переулков из арабских лачуг, каменных и глинобитных. Мы входим с левого конца горизонтальной черты Т. Штаб итальянцев располагается в середине вертикальной черты, а летное поле – у ее основания. Правая часть горизонтальной черты вела к казармам.
