Гремислав дёрнул головой, сбрасывая морок воспоминаний.
И поднялся. Тело, помня о боли, двигалось нехотя. Да и казалось, стоит дёрнутся и откроются старые раны, кровь потечёт.
— Готов? — Елизар глядел мрачно, недобро.
Гремислав пожал плечами. Честно говоря, он с куда большей охотой остался бы в доме при гильдии, но… раз уж просят, почему бы и не сходить. Какая разница, где сходить с ума.
Да и матушке можно будет соврать, что лечится он.
Восстанавливается.
— Давай, — старый приятель попытался подхватить сумку, но Гремислав мотнул головой.
Не хватало.
Не настолько он ещё немощен. И вообще… это просто боль. И кукольник, мозги перекроивший. Она ведь, подыхая, смеялась в лицо. Мол, я сдохну, но и тебе не жить.
Не жить.
Не хочется совершенно.
— В общем так. Мир техногенный. Тихий… вон, целители под боком будут. Правда, практиканты, но там с ними старик Погожин теперь.
Гремислав вздрогнул и испытал острое желание остаться дома.
— Что он там делает? — удивление было вялым, но было.
— Следит за прохождением практики.
— Лично?
Елизар широко улыбнулся.
— А то… нагрешили они много.
Видать и вправду много, если Погожин оставил свой пост в Гильдии, чтобы лично практику курировать.
— В общем, помереть ты там не должен, — заключил Елизар. — А что до остального, то не вздумай Катерину обижать. Мы договорились, она с тобой поработает…
— Как?
— Хрен его знает. Но Елена утверждает, что душевные проблемы должен лечить отдельный специалист. У них там так принято.
— У меня нет проблем!
— Вот и расскажешь… и про то, что проблем нет, и про то, каких именно нет. Жить будешь на даче Елены. Можешь, конечно, и в перевалочной, но там стараниями Погожина сейчас очень людно. То вскрытия отрабатывают, то зачёты пересдают…
А при занудности старого целителя, надо полагать, пересдавать приходится много.
— Поэтому дача Елены — лучший вариант. Печка работает. Мебель есть. Дом надо протопить, всё же туда давненько не заглядывали. Еда в городе. Деньги я с собой дал. Если вдруг возникнут сложности — пиши. И помни… два месяца. Вот два месяца ты мне обещал!
Было такое.
И главное, не понять, как это Гремислав обещание выдал. Видать, кукольник точно мозги заморочил.
— И чтобы не отлынивал!
— Смеёшься?
— Какой тут смех, — Елизар подхватил под руку. — Ты… обещал. И делать будешь то, что скажет.
— Буду, — снова пообещал Гремислав, лишь бы старый приятель поскорее отвязался. — Силой клянусь… буду делать, что скажет.
— С тобой точно не всё в порядке, — Елизар покачал головой. — Ты бы не разбрасывался… ай, ладно. Пошли.
Портальщик был мрачен.
И переход отозвался во всём теле мышечной судорогой. Причём такой, что Гремислав и на ногах не устоял. Он и рухнул на пол в подвале, и вырвало его на тот же пол под возмущенный вопль дежурного. Впрочем, тотчас кто-то появился.
И не один.
Целители, чтоб их… подхватили, потащили. А сил сопротивляться у него не было. Елизар же целителей отгонять не спешил. Сумку вот нёс и смотрел с укоризной, отчего тошно сделалось.
— Так, что тут у нас… некромант… одна штука.
— Две, — возразил слабый женский голос.
— Из пациентов пока один.
Вот это «пока» очень вдохновляло.
— Лапонька, раз уж вы сумели сосчитать до двух, может, скажете, что с ним не так?
— Его крючит?
— Это, безусловно, в какой-то мере верно…
Целителей Гремислав никогда не любил.
— … однако куда любопытнее узнать, почему этого достойного представителя Гильдии так крючит.
— Мышечный спазм?
— Чудесно… отчего?
— Вызван переходом?
— Почему?
Мышцы отпускало. И настолько, что Гремислав сумел сесть.
— Возможно… возможно… это как-то связано с проходимостью нервного сигнала? Переход вызывает лёгкую рассинхронизацию… — бодро говорила девушка с белыми кудряшками. — … которая в норме воспринимается как небольшое неудобство. Однако возможны некоторые непроизвольные индивидуальные реакции…
— Заучка, — бросил парень в сторону, за что и заработал подзатыльник от сухонького седовласого старичка. Гремиславу достался же предупреждающий взгляд, которому он предпочёл внять: если целитель хочет исцелять, то лучше не рисковать вмешательством.
Хуже будет.
— Недоучка, — бросил старичок. — А ты, милая, продолжай… что чувствуешь?
Девица подвинулась бочком и ткнула в Гремислава пальцем. Он ощутил острый укол диагностического плетения.
