– Пристрелю любого, кто попытается…
Что должен попытаться сделать кандидат на тот свет, он, видимо, не придумал.
– Вы что же, не понимаете, – быстро-быстро заговорил он, сверкая безумными глазами, – что единственный шанс для нас выжить – это держаться вместе? Или вы забыли, что только магический круг да помощь Айвасса способны защитить нас от Сета и его воинства? Или вы забыли, что стоит нам разорвать круг, как всем нам конец? И мне, и вам, и вам…
Повторяя «и вам», он по очереди тыкал стволом в сторону каждого из нас.
– Или хочешь, чтобы с твоей дочки сняли шкуру живьем? – провизжал он, брызгая слюной, после того, как закончил считалку.
– Мне страшно, – чуть слышно произнесла Катя. – Папа, папулечка…
– Да остановите же его, – не выдержала Вера Павловна.
– А вы что стоите! Это ваша работа останавливать таких, как он, – набросился на меня Генрих Нифонтович.
– И не думайте об этом, – предупредил Свидригайлов, беря меня на мушку.
– А я и не думаю. Я что, похож на того парня, который полезет грудью на ствол, чтобы потом какие-то умники придумывали шутки про гололед? Да мне это на хрен не надо!
– А где ваш пистолет? – спросил меня вдруг Сергей.
– Мой пистолет? – переспросил я.
– Ваш пистолет.
– Мой пистолет? – снова спросил я, чувствуя себя конченым идиотом.
– Ваш пистолет.
– Ах, мой пистолет… У меня его нет, – признался я.
– Почему?
– Потому что у меня его нет.
– Да это потому, что он даже не мент. Вы что, не слышали, как он себя сдал, говоря с тем ментом? – дошло вдруг до Аллы.
– Так вы не мент? – спросил Сергей.
– Не мент, – ответил я.
– А кто?
– Я – супервизор, – брякнул я первое, что пришло в голову.
– И что это за хрень? – ехидно спросила Алла.
– А этого уже вам знать не обязательно. Давайте лучше разойдёмся по своим комнатам! Сейчас уже будет скорая и милиция. Или вы хотите, чтобы они застали нас вот так… Милейший, вы позволите нам вернуться в свои комнаты, – спросил я у Свидригайлова.
– Именно этого я от вас и добиваюсь, – ответил он.
– Тогда мы все расходимся, а вы уберите пистолет. Не хватало ещё, чтобы вас застрелили при задержании, или вы вдруг нажали нечаянно на курок.
Удивительно, но все послушались. К тому моменту, как прибыли менты на своём труповозе, я еле держался на ногах. К счастью, они ничего не хотели, ни о чём не спрашивали. Только попросили указать, где труп, точно они приехали не за телом мёртвого человека, а забрать какой-то хлам. Когда же со всем этим было покончено, я мысленно послал расследование ко всем чертям и увалился в постель, даже не раздеваясь. А солнышко за окном говорило о том, что уже начался новый день.
– Что может быть лучше охоты по случаю открытия охотничьего сезона! – радостно воскликнул Клименок, лихо припарковав машину возле обшарпанного здания на окраине города, у входа в которое висела табличка, поясняющая, что этот шедевр архитектурного зодчества принадлежит охотничьему клубу «Огонёк». Как помещёние клуба выглядело изнутри, мне увидеть не удалось. К тому времени, когда мы с Клименком прибыли в клуб, все уже были готовы к отъезду. Всего охотников было человек тридцать. Все в камуфляже и в шнурованных высоких ботинках, все вооружены до зубов и, судя по азарту на их лицах, опасны. У ног охотников вертелось штук пять собак. Одетый в свою обычную одежду, без собаки и не имеющий даже перочинного ножа, я почувствовал себя среди них белой вороной.
– Тебе трудно было сказать, куда мы поедем? – накинулся я на Клименка. – Я бы хоть оделся более подобающим образом.
– Не парься, – отмахнулся Клименок. – Здесь всем до одного места, как ты выглядишь, лишь бы не лез на линию огня.
И точно, никто из охотников не обратил на мой внешний вид ни малейшего внимания.
– По машинам! – громко скомандовал председатель клуба, маленький тощий старичок с похожим скорее на гранатомет, чем на ружье предметом, и охотники полезли в два арендованных для охоты автобуса. В салоне собаки затеяли собачий спор.
– Хуже детей, – пробурчал я.
– Не скажи, хуже детей не может быть никого по определению, – отреагировал на мои слова охотник спереди.
Не желая продолжать разговор, я оставил его реплику без внимания.
Наиболее активные охотники, едва автобусы тронулись с места, открыли упаковку одноразовых стаканчиков и откупорили бутылки из первого ящика водки.
– За охоту! – рявкнули хором, когда выпивка была роздана всем желающим.
Потом выпили за охоту ещё и ещё.
После третьей охотники грянули до идиотизма бессмысленную песнь, которая, скорее всего, была гимном клуба. Притихшие было собаки начали активно подпевать хозяевам.
Наконец автобусы прибыли на какой-то жуткий пустырь, поделенный на части лесополосами и превращенный местными жителями в свалку. Счастливые, как дети, у которых отменили уроки, охотники вывалились из автобусов.
– Господа! Попрошу внимания! Господа! – завопил председатель клуба.
