На вид мальчик казался ровесником Сатоши и был похож на ангела: черные волосы чуть выше плеч и синие глаза. Художник сразу понял, что цвет не натуральный, разглядев под кружком линз черную радужку. Но синий цвет так подходил прекрасному созданию, что захватывало дух.
Сатоши боялся дышать, шевелиться – лишь бы не спугнуть это существо из иного мира. Кто он такой, в самом деле? Неужели они знакомы? Не может быть... Сатоши непременно запомнил бы такого красивого человека. Он никогда не забывал красивых людей. На незнакомце была черная форма с эмблемой частной католической школы Святого Михаила – раскрытой Библией и крестом над ней. Взгляд Сатоши скользнул вниз по шее. Рубашка мальчишки была расстегнута на две пуговицы: чуть ниже яремной впадины блестел изящный серебряный крестик.
Песня закончилась. Сатоши замер в ожидании: уйдет ли прекрасное создание? Может, заговорит? Незнакомец открыл глаза и посмотрел прямо на него. Идеальные губы сложили слова:
- Отличная песня. Спасибо.
Он вытащил наушник и бросил его на колени Сатоши. Спокойно встал и исчез, затерявшись в толпе, так же внезапно, как и появился.
Всю следующую неделю Сатоши был сам не свой. Он загорелся желанием нарисовать портрет этого мальчика, делал сотни набросков, и оставался почти доволен. Если бы только не губы! Эти проклятые губы выходили совсем не так. Не получалось изобразить идеальный изгиб. Тонкий и правильный. Сатоши отчаялся.
Личность незнакомца была установлена довольно скоро.
- Что ты там все рисуешь? – спросил однажды отец, заходя в комнату Сатоши. Тот, по обыкновению, сидел за столом с карандашом в руках.
- Одного мальчика, которого встретил в парке, - спокойно ответил сын, в сотый раз сминая лист бумаги и бросая за спину. Отец ловко поймал лист и развернул его.
- Асано-кун! – произнес мужчина с удивлением.
Сатоши резко развернулся на стуле и с фанатизмом уставился на отца.
- Ты его знаешь?! – выпалил он на одном дыхании. – Я хочу с ним встретиться! Мне нужно его нарисовать!
- Какие вопросы! – улыбнулся отец. – Он модель. Послезавтра возьму тебя на кастинг.
Послезавтра. Заветное слово забилось надеждой в груди Сатоши. В тот вечер он лег в постель с одной только мыслью: послезавтра. Он не утруждал себя раздумьями на тему, что именно случится послезавтра. Подойдет ли он к Асано Йоичи (теперь он знал, как зовут небожителя; знал также, что ему недавно исполнилось четырнадцать).
Именно тогда Сатоши и понял, что ему нравятся мальчики. Тогда же он понял, что они нравятся ему куда больше девочек. В Йоичи он был откровенно влюблен, причем успел влюбиться за те счастливые две минуты сорок секунд, что шла песня. Только ее Сатоши и слушал, представляя, что Йоичи сидит рядом и улыбается.
Он шел на кастинг в состоянии полуобморока, шаг за шагом приближаясь к заветному «послезавтра». Оно ждало его там, в зале, одетое в простую белую футболку и облегающие джинсы. Это был кастинг на линию брэндовой подростковой одежды в журнале, и Сатоши посчастливилось увидеть объект своего восхищения в разных стильных образах: ковбоя, рок-н-ролльщика, байкера и скейтбордера. Йоичи обошел всех остальных претендентов и получил заказ на съемки с какой-то девчонкой, почему-то ужасной дылдой, хоть и симпатичной.
Йоичи сразу заметил Сатоши, сидевшего в сторонке, недалеко от стола заказчиков. Асано несколько раз бросал ему приветливые взгляды. Сомнений не было: он узнал Сатоши. Менеджер из модельного агентства расписывал достоинства Йоичи клиенту: говорил, что Асано – потенциальная звезда, отличается врожденным профессионализмом, потрясающе чувствует камеру. Все это Сатоши видел и чувствовал. В тот момент в нем впервые проснулось желание не только рисовать, но и фотографировать.
«Его я готов снимать бесконечно...»
После кастинга Йоичи первый подошел к Сатоши. Убрав со лба прилипшие пряди волос, он протянул руку:
- Так здорово, что ты пришел, - сказал он запросто, и снова возникло ощущение, будто они – давние знакомые.
Сатоши неловко пожал руку модели.
- Меня зовут Тояма... - робко представился он.
- Сатоши. Я знаю, - выпалил Асано, затем развернулся и недовольно высказал менеджеру, стоявшему за спиной: - Господи, Сато-сан, вам то, приказано за мной следить? Я завтра приеду в агентство и все подпишу, что вы переживаете?
Сато, невысокий мужчина лет тридцати, прижимал к груди пачку с документами, будто сокровище.
- Но... Асано-кун, я думал...
- Да достал! – глаза Йоичи недовольно сверкнули. – Откажусь от заказа, с меня не убудет. А задницу надерут тебе, учти.
Сато вздохнул и удалился. Сатоши поймал себя на улыбке.
- Придурок, - беззлобно бросил Йоичи.
- А тебе точно ничего не будет? – спросил Сатоши.
- Нет, а что? Ну что, пойдем?
