«Де Вилларе… Остроухий человек предупреждал меня о них. Только вот что конкретно он сказал?»
— Мистер де Салес, вы слышите меня?! — надоедливый слуга забил по двери, как по южным барабанам.
— Болтают, что у них де Вилларе дочка недавно пропала, прямо перед свадьбой. — заговорил Гастон. — Журналисты как с цепи сорвались: пишут, самое громкое преступление этого лета…
— И это значит, — Джим до хруста схватил меня за плечи. — Что Лойд де Салес снова в игре! Зрители, занимайте лучшие места, ведь этот непревзойдённый сыщик не раскрыл ещё ни одного дела! — громила заржал, как скаковая лошадь. Его смех подхватил и Гастон, всем своим видом олицетворяющий фразеологизм «рубаха-парень».
— Вы ещё и смеётесь! — человечек за окном смешно завизжал. — Да я подам на вас в суд!
Здоровячки подошли к окну, тихо прыская в ладошки.
— Не будем вам мешать. — сказал Гастон на прощание и закрыл за собой ставни.
«Я в теле юного детектива-профана и повесы, мой дом неизвестно где, а под моим окном стоит красный как помидор представитель какого-то знатного рода и требует, чтобы я приступил к работе. Отлично же я отдохнул прошлым вечером.»
Когда напротив вас сидит какой-то незнакомый тип в дорогой одежде, то вам обязательно надо что-то ему сказать. «Какая сегодня хорошая погода, сэр!», или «этот костюм так прекрасно подходит к вашим туфлям, милорд!». После такой лести, как правило, даже самый чёрствый человек немного оттаивает и сменяет гнев на милость… Так я думал до сегодняшнего дня.
Впустив старичка в парадной ливрее в мою новую конуру, я никак не ожидал, что он будет настолько молчалив и угрюм. Всё, что делал этот наглый седой крикун — с отвращением рассматривал комнату, в частности, жёлтый матрас, которому он уделил даже больше внимания, чем бурому пятну на половицах. Будь у меня время, я бы выпытал из этого лаконичного гостя всю необходимую мне информацию и попросту бы сбежал, но вот незадача — времени как раз-таки и не было. Меня ждало королевство.
— Вы не знаете, в какой стране мы находимся? — спросил я после минутной паузы и затем лениво отпил зелёного чая, будто бы мой вопрос входил в категорию вполне обычных.
Лицо гостя вытянулось, как у приведения, которое под воздействием сквозняка начало стремительно улетать в дымовую трубу.
— Мне говорили, что жребий в детективном агентстве может сыграть с клиентами злую шутку, — дедок сжал кулаки до хруста в суставах. — Но чтобы так — ни разу.
— А мне кажется, что я задал вполне логичный вопрос, мистер… как вас там?
— Броуди. Броуди де Вис. — выцедил старикан, чуть не плюнув в меня. — Вчера мы с вами уже общались. Вы обещали прийти в наше поместье к десяти утра.
— Тогда я и вовсе не понимаю вашего негодования. Пока мы идеально укладываемся. — я указал на настенные часы, висящие прямо у старика за спиной. Они остановились ровно на девятке.
— Сейчас уже половина двенадцатого. — пробурчал старик, нахмурив орлиные брови.
Возникла неловкая пауза. Я ещё никогда не опаздывал, поэтому не знал, что надо говорить в таких случаях. Наверное, простым «извини» тут не отделаешься: надо как минимум заняться тем, о чём вас просят, чего я делать решительно не хотел.
— Слушайте, — сорвал я вуаль тишины спустя чашку чая. — Вы не знаете, поблизости нет никакого… скажем так, колдуна? — я вопросительно поднял бровь.
— Юноша! — гость вскипел. — Вчера вы божились мне, что раскроете дело за три дня, и что же я вижу теперь? Вы валяетесь в смердящем вином халате, сладко попиваете чай и задаёте мне самые глупые вопросы на свете! — грубиян закашлялся, но его было уже не остановить: он продолжал кричать даже сквозь больное горло. — Есть ли у нас колдуны?! Да вы и сам маг! Кстати, ещё и профессионал, если судить по вашей анкете! — дедок язвительно усмехнулся. — Только вот на профессионала вы не очень-то тянете. Мне кажется, ваш максимум — подпалить волосы в носу.
«В словах этого негодяя есть доля правды: если прошлый хозяин тела обещал ему золотые горы, то он имеет право требовать от меня хотя бы встать с дивана.»
— Что ж, Броуди, вы хотите, чтобы я взялся за дело?
— Это я-то хочу?! — бедняга просто взбесился. Будь он чайником, из его ушей повалил бы пар. — Расследовать дела — ваша прямая обязанность! Нечего было заносить свою контору в реестр детективного агентства, если вам так не нравится работать детективом!
— Ну что ж вы так кричите. — я сделал миролюбивый жест руками. — Возьмусь я за ваше дело, не переживайте…
— И как тут, спрашивается, не переживать? — хрыч испустил грустный вздох. — Вы читали, что пишут в газетах?
Я отрицательно кивнул головой.
— Да уж, и на что я надеюсь. — мухомор неодобрительно отпил чая. — Молодёжь и газеты несовместимы.
