Я встретился взглядом с клыкастым мальчишкой, выглянувшим в окно, и неуверенно поднял руку в знак приветствия. Зашуганный ребёнок не успел ответить: зеленоватая мамаша схватила его за ухо и утянула в дом, заодно закрыв ставни. Я услышал щёлкающий звук висящего замка.
— Всё не привыкли к нелюдям? — дедок хмыкнул. — Признаюсь, я тоже. Во времена моей молодости, — начинается… — Город был широк и просторен, люди жили в мире и согласии, а императорская семья каждый сезон устраивала праздники для народа. Но всё хорошее, как известно, рано или поздно заканчивается: дед нынешнего императора начал программу по привлечению иностранных специалистов и всё пошло по одному месту. Вскоре Арвиде разросся, как поставленный на хлебное место чиновник, и заполнился всякой нечистью. Теперь надо аккуратнее ходить по улицам.
Подтверждая слова старого меланхолика, из проулка появилась троица юных остроухих дев.
— Эй, обмудки. — заговорила одна из них ломанным подростковым голосом. — Отдавайте кошельки и валите отсюда! — красавица вытащила блестящий на солнце стилет.
Дедуля приобрёл мёртвенно-бледный цвет лица и потянулся к пузатому кошельку.
— Дамы, — я успокаивающе поднял ладони. — Мы не ищем неприятностей…
— Они сами тебя найдут, — весьма остроумно ответила одна из барышень. — Кстати, как ты нас назвал, деревенщина? Дамы?
— Ага, Чарли! — подружка шутницы язвительно фыркнула. — Я королева зелёных лесов, и не смотрите, что у меня растёт борода!
Троица весело заржала.
«Грабители обыкновенные. Водятся на полутёмных улицах и в злачных местах. Контактов желательно избегать: они крайне глупы и не понимают, что его действия могут привести к летальному исходу. Как правило, в грабители идут садисты, наркоманы, дети из неблагополучных семей и… Мигранты.»
— Ну всё, похлопал глазками и хватит! — мадмуазель со стилетом двинулась в нашу сторону с явным намерением что-нибудь мне подправить, хоть бы и длину носа.
— Посмотрите на их плечевые знаки! — бедный лакей пришёл в ужас при виде нашитых на рубашках преступников вишенках. — Это банда Черри Висельника!
Мне это обстоятельство совершенно ничего не говорило.
— Думаешь, мы с тобой шутки шутим? — чтобы показать свою крутость, подошедшая бандюга широко развела руками. Тут-то она и ошиблась: Ричард Донаван никогда не прощает преступников, которые пренебрежительно относятся к правилам уличной безопасности.
Я пнул негодяйку в грудь: как всем известно, у девушек это самая уязвимая часть тела…
— Ах ты сука! — противник не пошатнулся, и тогда в моей голове закралось смутное сомнение насчёт пола наших длинноволосых грабителей.
Бандиты повытаскивали оружие и бросились на меня с злобными криками. Мне пришлось доставать личный-украденный-справедливо-отобранный раскладной ножик, чтобы дать зарвавшемуся молодняку достойный отпор.
Для начала я опрокинул стоящий сбоку от меня ящик: первый подбежавший враг влетел в него, как арбалетный болт в грудь дознавателя, и с матерным криком упал, и тогда-то я сплясал на его затылке восточный танец.
— Мразь, я тебе уши отрежу! — подоспевший главарь банды полоснул воздух стилетом. Напрасно: я уже был за его спиной и приготовился к броску через прогиб.
Мальчишка упал в позе собаки, и я принялся пинать его, как спортивный мячик. От моих выверенных ударов слабак заблевал себе всю одежду. Последнему противнику ничего не оставалось, кроме как молить о пощаде, но он был слишком самонадеян:
— Ты что творишь! — зато его напускной бас резко пропал: бандит завизжал, как младенец, у которого только-только начали резаться зубы. — Да Висельник тебя…
Я пнул пыльную дорогу, и вылетевший из-под моих ног песок закрыл крикуну видимость. Когда же он разлепил слезящиеся глаза, мой кулак уже оказался около его плаксивой морды. Послышался хруст.
— И победу в вечном споре улицы и государства как всегда одержал Ричард… — спрятавшийся под порогом старик с любопытством высунул голову. — …Лойд де Салес.
Я подошёл к слуге семейства де Вилларе, поднял его за посеребренную куртку и чуть ли не пинками погнал на залитый солнцем проспект. До самого выхода из проулка дедуля странно на меня пялился.
— Одного не пойму, — сказал он, когда мы уже вышли на тротуар. — Почему вы назвали эльфов мужского пола женщинами?
Я закашлялся.
— Ну… Долго там ещё до вашего домика?
Старик расплылся в улыбке.
— Скоро подойдём.
По прошествии пары минут мы действительно оказались в другой части города — она разительно отличалась от первой, и этот контраст был особенно заметен днём, когда ни одна пылинка не может укрыться от внимательного взора. В новом районе города убирали. Более того, даже поливали тротуары и дорогу чистой водой, из-за чего они долгое время сохраняли приятную влажность и свежесть.
На меня упала огромная тень. Я с интересом поднял голову — над макушкой стояли огромные позолоченные ворота. За этими дверьми, напоминающими вход в Рай, виднелись грандиозные по красоте и замыслу постройки, отливающие всеми цветами богатства.
