Распрощались на том, что Арбелин будет изобретать технологию получения пота и как только найдёт решение, приедет и прихватит с собой Альфу с Денисом. А Петров погрузится в исследование теоретических возможностей получения пептидов весёлости из пота веселящегося человека.
Изучив как следует сайт Арбелина, Инга не долго прикидывала, с чем идти к автору. Была она не только сексагентом, но для прикрытия ещё и владелицей небольшого агентства фотомоделей. Её фотомодели обслуживали вип-персон, помогая Инге и Гаргалину выуживать нужные сведения у нужных важных лиц местной политики и бизнеса. «Фасцинетика – наука о чарующей фасцинации, стало быть о красоте, обольщении, манипуляции, моим девочкам это надо, да и мне не мешает кое в чём поосновательнее разобраться, – подумала Инга, – задам-ка я автору вопрос о гламуре, пусть меня просветит, вдруг что-то новенькое узнаю».
Арбелин, словно чуя что-то увлекающе тайное в её голосе, не отказал в консультации, когда она позвонила, хотя и принял решение с консультациями завязывать. Назначил время – завтра в пять вечера.
Инга привела себя в надлежаще соблазнительный вид и с весёлым настроем удачливой охотницы поехала к горбатому старцу, предвкушая забавную драматургию разговора о гламуре и ловкую установку жучка.
Альфа подъехала к дому Арбелина в пять вечера вслед за тёмно-синим «Фордом». Приезжать без звонка по мобильнику разрешалось. А нужен был Арбелин Альфе для разговора о его биографии, о том, как связано всё то, что было в его жизни до создания фасцинетики, с вспыхнувшим озарением гениального открытия.
Пока она выходила из своего «Опеля», из «Форда» уже появилась и, эффектно покачивая бёдрами, направилась к подъезду Арбелина роскошная девица со стройными ножками и в мини. «Как у газели» – мелькнула в голове Альфы метафора Арбелина. Что-то в уверенной походке девицы и её демонстративно сексуальном виде насторожило Альфу. Она шла чуть поотстав, и увидела, что девица набрала на домофоне цифры квартиры Арбелина. Обдало жаром. Входить за девицей Альфа не стала, отступила от двери, хотя к Арбелину надо было позарез.
И вдруг ощутила в себе какое-то никогда не испытываемое тошноватое чувство, не то грусть, не то злость, а скорее смесь того и другого.
Остановила себя. «Он же свободен и одинок, что ты слюни распустила» – урезонила она себя. Но тошнотворная взволнованность не утихала.
Ладно, наверное на консультацию, подожду, когда выйдет, решила она, и села в машину.
Прошло два часа – девица не появлялась. Волнение обрастало нервной тревогой. Альфа закусила губу и решила ждать до упора. Её охватил озноб. Так она голодная и злая и просидела до семи часов утра, не смыкая глаз, пока на крыльцо не выскочила та самая девица, с удовольствием потянулась и весело пошагала упругой походкой лошадки к своему «Форду».
«Вот тебе и биография», – грустно сказала себе Альфа и поехала домой. Отца она предупредила по мобильнику ещё в двенадцать ночи о том, что возможно задержится до утра. Так и вышло.
По тому, как Инга, войдя в прихожую, после первых же фраз приветствия ловко и непринужденно крутнулась возле зеркала, окидывая себя критическим взглядом, и, эффектно закинув руку, поправила волосы, сумела в этих движениях показать всю себя сзади – спину с глубоким прогибом в пояснице, упругую попку и гибкую шею, Арбелин понял, что к нему пришла опытная соблазнительница. Неужто ещё и наклонится, чтобы обнажить ягодички, хотя очень откровенная мини-юбочка и так почти ничего не скрывала. И словно в унисон с этой догадкой специалиста по женской фасцинации, Инга начала уже наклоняться, чтобы скинуть туфельки.
Арбелин торопливо остановил её:
– Нет, нет, не снимайте, проходите. Таким, как у Вас, ножкам шпильки просто необходимы.
Тогда Инга устроила другое представление, призванное оглушить старичка. Садясь в кресло, она эффектно взметнула левую ножку, чтобы закинуть её на правую, да так ловко это проделала, что только лапоть не заметил бы открывшийся пейзаж вплоть до розовых трусиков. Арбелин лаптем давно не был и чуть не причмокнул от восторга:
– Что ж, приступим. Зовите меня Юлиан Юрьевич. Вас как звать?
– Инга.
– Звучное имя, как мелодия. – ловко зацепил её внимание старый ловелас. – Что Вас особенно интересует, с какими вопросами пришли ко мне?
Поклонник женской привлекательности с симпатией разглядывал особу лет двадцати пяти или чуть больше, аппетитную и уверенную в своей эффектности, что свойственно большинству откровенно победоносных красавиц.
Давно привыкшая не только к вниманию, но к восторженным взорам мужчин, Инга тотчас поймала выражение мужского любования в глазах Арбелина, сказала себе «Один ноль в мою пользу» и приступила к запланированной «обработке» креатина.
Она достала из сумочки купюру в тысячу рублей, – оговорённый вчера по телефону гонорар, – положила её на столик и сказала:
– Юлиан Юрьевич, меня очень интересует гламур.
– Вот как? Что же Вас навело на такой интерес?
