– Очень милая причёска. Редкая в наш век. Даже и не припомню, с кем бы сравнить, кто из звёзд носит такую короткую.
– У неё же роскошные волосы. Цвет изумительный. Не рыжий и не платиновый. Посередине. Густые, вьющиеся. Распустить их – загляденье. Возвращаюсь с работы, это ещё до перелома ноги было, смотрю – волосы обрезаны и стоит передо мной этакий отчаянный мальчуган. Не сердись, говорит, папаня, некогда мне волосами заниматься. Вот такая она во всём. Себе на уме.
– Ерунда, Леонид Леонидович! –улыбнулся Арбелин – Она и с этой причёской прелестна. Встал, расчесал и готов к труду и обороне. Была бы дурнушка или рвалась на подиумы, другое дело, занимайся причёсками. А она у Вас красавица.
– Так я это к тому, что всё у неё не так, как у всех, всё по-своему.
– И прекрасно! – горячо сказал Арбелин. – Инкубаторских девиц хватает. А она у Вас – оригинальная, не инкубаторская. Это же прекрасно! Как это получилось у Вас с дочерью, что она такая выросла?
– Сам удивляюсь. Она до четырнадцати лет росла чуть ли не как беспризорница. Сорванец, а не девчонка. Отчаянная, почище парней. Я до сих пор диву дивлюсь, что из неё выросла такая рассудительная и рациональная девушка. Она же росла во дворе, в основном в мальчишеской компании, домой прибегала только поесть и ночевать. И так до четырнадцати лет!
– Почему так?
– Нам с женой до неё не было дела. Я пил по чёрному, жена предавалась амурным утехам и пропадала в элитных тусовках. Страшно вспоминать.
Арбелин молчал, ожидая продолжения. Он видел – отцу надо выговорить, что наболело.
– Я из однолюбов. – продолжал Истомин. – А мать Альфы жутко красива. Я влюбился в неё без памяти и навсегда. В ней этакое удивительное сочетание башкирской и славянской кровей, жгучая брюнетка с голубыми глазами. А тело – хоть на выставку. Она и пошла в фотомодели. И закрутилась в модельном бизнесе. На первых ролях. Потом фирму свою организовала. Ну и любовники пачками. Как перчатки их меняла. Я запил. Крепко подсел. Опустился. Представляете, что это было для Альфы? Как она при таких родителях сохранила чистоту и разум, ума не приложу.
– Да, условия для провала, что называется, идеальные вы с женой ей создали. Не курила?
– Абсолютно ничего, Юлиан Юрьевич. Не курила. Наркотики не пробовала. Даже пивом не баловалась. Какой-то в ней сидит запрет на всё.
– Такое бывает. Как реакция на поведение родителей. Большинство ребят родителям подражают. А редко – делают наоборот. Альфа видимо из таких. Защитная реакция на маразм, прошу меня простить за это слово, который она от вас видела ежедневно.
– Правильно Юлиан Юрьевич, хуже, чем маразм. Мать – шлюха, отец – пропойца. Ладно ещё в доме всё же не бедно, всё, что необходимо современному ребёнку, покупали. С едой проблем не было, с одеждой, спортивным разным инвентарём. Потом и компьютер ей купили, она его мгновенно освоила. Жена в гонорарах и подачках от любовников купалась. Да и я время от времени прирабатывал. Я же, Юлиан Юрьевич, инженер, изобретатель. У меня двадцать патентов на изобретения. Кое-что умею. На своих изобретениях потом предприятие организовал, можно сказать держу в руках бизнес среднего масштаба, на жизнь нам с Альфой хватает.
– А на чём у Вас бизнес, если не секрет?
– На замках и электронной автоматике и сигнализации. Замки делаю такие, что один домушник меня замучил с просьбами дать ему секрет. Такие замки всем нужны, клиенты богатые. А сигнализацию делаю для охраны, для разного рода «открой-закрой». Скажем, в гостиницах входные двери при подходе сами раскрываются. И прочая современная электронная автоматика. Заказов хватает, и у меня подешевле, чем заморское.
– А бандитской крыши нет? В России бизнес без крыши, говорят, не бывает.
– Меня клиенты спасают: милиция, охранные фирмы…
– О, Вам повезло. Светлая у Вас голова, мозг кормит. Редкость сейчас в России.
– Это и спасло. И Альфа.
– Как она Вас спасла, расскажите.
– Когда ей исполнилось четырнадцать, на неё позарился один из дворовых хулиганов, дебил и мордоворот. Лет семнадцати. Чуть не изнасиловал, но она сумела отбиться. Девчонка крепкая, цепкая, драчунья. Вырвалась. Пришла вся в синяках и царапинах. Не стала запираться, рассказала. У нас с ней всё без утайки. Я взбесился, хотел этого дебила укоротить. Форму я не потерял, хоть и пил как сапожник. У меня мастерский пояс каратэ.
– Вот как? То-то мне Альфа сказала, что умеет хорошо драться.
